Книжница Самарского староверия Четверг, 2021-Май-13, 06:19
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта

Категории каталога
Общие вопросы [207]
Москва и Московская область [31]
Центр России [49]
Север и Северо-Запад России [93]
Поволжье [135]
Юг России [22]
Урал [60]
Сибирь [32]
Дальний Восток [9]
Беларусь [16]
Украина [43]
Молдова [13]
Румыния [15]
Болгария [7]
Латвия [18]
Литва [53]
Эстония [6]
Польша [13]
Грузия [1]
Узбекистан [3]
Казахстан [4]
Германия [1]
Швеция [2]
Финляндия [2]
Китай [4]
США [8]
Австралия [2]
Великобритания [1]
Турция [1]
Боливия [3]
Бразилия [2]

Главная » Статьи » История Староверия (по регионам) » Север и Северо-Запад России

Шудегова В.С. Старообрядцы Глазовского уезда Вятской Губернии

Церковные реформы, проведенные в ХVII в. и неуклонные преследования за религиозное инакомыслие привели к тому, что в конце XVII - первой половине XVIIIвв. староверы центральной России уходили в глухие, малодоступные места, в том числе по рекам Вятке, Каме и их притокам. Основу же старообрядчества в Вятском крае составила та часть местного православного населения, которое, пользуясь труднодоступностью своих поселений, не приняло церковных реформ, отошло от церковной жизни и превратилось в результате в старообрядцев.

Глазовский уезд принадлежал к числу мест, наиболее плотно заселенных старообрядцами, поэтому в середине 30-х годов ХIХ здесь открывается «Противораскольничья миссия северной полосы Глазовского уезда», которая вела поименный учет старообрядцев в уезде. В графе о времени присоединения к старообрядчеству в этих списках у филипповцев и поповцев указывается: «с давних времен», «с незапамятных времен», «издревле» и в редких случаях указываются годы между 1794 по 1825-м.  Для даниловского согласия в графе «с какого времени в расколе» чаще значится период с 1834 по 1836 годы. Следует ли упоминаемые года считать действительно уходом части населения в раскол или эти года относятся ко времени переселения старообрядцев в данную местность, с точностью утверждать нельзя.

В 1834 году, по данным «Противораскольнической миссии», число старообрядцев по Глазовскому уезду составляло 9607чел. В 1835 году Санкт-Петербургский митрополит в своем письме Вятскому преосвященному указывал: «в вверенной Вам епархии число раскольников умножилось, особенно в Глазовском уезде…» Действительно по сведениям Вятского губернского статистического комитета численность старообрядцев к концу XIX века возросла почти в три раза по сравнению с началом 60-х годов XIX века. По данным Всероссийской переписи населения 1897 г. в Глазовском уезде старообрядцев проживало 30602 чел.. При этом надо учитывать, что при Всероссийской переписи населения старообрядцы чаще записывали себя православными, считая унизительным причислять себя к расколу и пытаясь оградиться от репрессий.

В Глазовском уезде в 1902г. старообрядческое население проживало в 30 приходах, занимая одно из первых мест по Вятской губернии по числу старообрядцев, уступая первенство лишь Орловскому уезду Вятской губернии. По этническому происхождению большинство из них было русскими. Однако немало было и удмуртов. Как отмечает Шумилова Е.Ф., в 1911 г. в России насчитывалось 3708 удмуртов-старообрядцев. Почти все они жили в Вятской губернии, часть в Глазовском уезде. На коренное финно-угорское население Глазовского уезда значительное влияние оказывали русские беспоповцы-поморцы. Миссионер Глазовского уезда в 1878 г. предписал Глазовским священникам «строжайше охранять юных в вере и отклонять брачные союзы между новокрещёными удмуртами и русскими раскольниками». О том, что финно-угорское население присоединялось к старой вере, говорит тот факт, что в 1909 году в Гординском приходе проживало 1807старообрядцев, все они по национальности были пермяками или удмуртами, свободно говорящими по-русски. Кстати, по данным этнографической экспедиции 2007 года в село Гордино Кировской области, местное население считает себя русскими православными и не причисляет себя ни к старообрядцам, ни к коми пермякам. Возможно, это связано с годами советской атеистической политики.

В Глазовском уезде в основном проживали старообрядцы поповцы - «австрийского» священства, старообрядцы-беспоповцы - даниловцы и филипповцы , а также было распространено единоверие.

В официальных источниках XIX века, приверженцев беспоповского согласия обычно именуют поморцами и только иногда из речей подследственных или описания некоторых обрядовых особенностей можно уточнить их принадлежность к тому или иному течению беспоповщины. Анализируя миссионерские отчеты по приходам, опубликованным в Вятских епархиальных ведомостях за 1873 год, выявлено, что в Глазовском уезде проживало старообрядцев даниловского согласия - 3472 чел; старообрядцев филипповского согласия – 2961 чел., старообрядцев «австрийского» согласия – 6888 чел. (без старообрядцев Омутнинской, Афанасьевской волостей). Сравнивая эти данные, приходим к выводу, что примерное соотношение старообрядцев - даниловцев, филипповцев и поповцев «австрийского» согласия выглядит как 1 : 1 : 2 соответственно.

В особый ряд встает такое течение в старообрядчестве, как «единоверие», широко распространенное в Глазовском уезде. «Единоверие» было учреждено Синодом в 1800 году. В «единоверие» переходили старообрядцы, признающие официальную господствующую церковь (в старообрядчестве называемую «никониянской церковью»). За это им разрешалось молиться по старославянским книгам и исполнять древние обряды. «Единоверие» стремилось приручить старообрядцев и создать переходную ступень от старообрядчества к официальной церкви. Единоверческие церкви открывались во всех местах массового проживания старообрядцев. В Глазовском уезде единоверческие церкви были открыты в черте прихода с. Карсовай, в с.Кирино - Иоанно-Богословская (1908 г), в с Наймушино - Крестовоздвиженская (1866г), в Омутнинском заводе - Петропавловская (1875г.), в с.Осипинцы - Иоанно-Предтеченская (1908 г), в с. Святогорье - Покровская (1902 г).

Так как старообрядцы скептически относились к «единоверию», присоединение к нему проходило не так успешно, как этого хотелось бы властям. Последователи единоверия называли себя «старообрядцами» или «древлеправославными христианами». После объявления веротерпимости в 1905 году «единоверие» лишилось преимущественного положения, и его приходы стали быстро распадаться. Многие прихожане вернулись в старообрядчество, другие перешли в государственную церковь. В единоверии остались единицы.

К старообрядцам-поповцам в Глазовском уезде относились старообрядцы белокриницкого согласия, называемые в официальных документах «австрийцами». Скрываясь от гонений и преследований, старообрядческие иерархи основали свою кафедру за границей на территории Австро-Венгрии, в Буковине, возле села Белая Криница, отсюда и название старообрядцев «австрийского» или белокриницкого согласия. Сегодня это направление в старообрядчестве называется «Русская Православная Старообрядческая Церковь». Центрами поповства в Глазовском уезде были волости: Афанасьевская, Леденцовская, Васильевская, Омутнинская, Парезская, Сардыкская, Святогорская, Унинская, Юмская. Наибольшее число старообрядцев проживало в приходах Омутнинский, Зюздино-Христовоздвиженский, Афанасьевский, Воскресенский, Курьинский, Валамазский, Утинский. Старообрядцы белокриницкого согласия Глазовского уезда на территории современной Удмуртии проживали в таких деревнях, как Большой Полом, Большое Лукошино, Большое Мухино, Ботаниха, Бухма, Валамаз, Каркалай, Колбенки, Котляки, Курья, Лялино, Малый Полом, Мосята, Мосинцы, Новоселы, Осипинцы, Погудино, Прозван, Пуга, Раменцы, Рябиновцы, Самушонки, Сычи, Тарасенки, Шаши, Юдино и др. Василий Иванович Тукмачев, священник с. Курьи, в отчете за 1860 год перечисляет ещё старообрядческие деревни и починки: Липовый мыс, Пихтовый мыс, Ореховый мыс, Пастуховская, Толоконовская, На березовом ключе, Под речкой Чакшурской, Сверх Ути речки. Всего старообрядцев в этих поселениях в 513 дворах проживало 1763 человека.

Наиболее часто встречающиеся в южной полосе Глазовского уезда старообрядческие фамилии: Брыляковы, Жуйковы, Исуповы, Климовы, Ключеровы, Копысовы, Котляковы, Кудрявцевы, Лялины, Малышевы, Машканцевы, Микрюковы, Мясниковы, Нелюбины, Овечкины, Ожмеговы, Пермяковы, Пряженниковы, Русских, Саламатовы, Семеновых, Судневы, Тарасовы, Фадеевы, Феофилактовы, Фетисовы, Фефиловы, Хлебниковы, Шашовы, Шуклины, Шутовы, Юрловы, Ясаковы.

Первые старообрядческие церкви поповцев белокриницкого согласия в Глазовском уезде были построены в д. Каркалай и д.Тарасенки. В деревне Тарасенской упоминается священник Стефан Чернышов (1888г.), моленная которого неоднократно разрушалась, а он подвергался тюремному заключению; священники И.Ч. и С.Ч [скорее всего это Иван и Стефан Чернышовы – Ш.В.]. Последним священником в д. Тарасенки был отец Иоанн Вологжанин. Иван Поликарпович родился в д. Еловщина Вятской губернии 7 января 1886 года. Рукоположен в сан священника 8 февраля 1922 года и отправлен служить в д. Тарасенки Глазовского уезда. Отец Иоанн активно занимался обучением детей грамоте, учил местное население основам ведения земледелия, закупал новые сорта зерновых культур. Когда в конце 20-х годов выгорела почти треть деревни, он помогал в строительстве новых домов, собирал средства для помощи пострадавшим. В начале 30-х годов ХХ века Иван Вологжанин был сослан с семьей на поселение на север. После войны примерно в 1948-1949 годах он приезжал в д. Тарасенки и тайно крестил детей. В 1949 году его определяют настоятелем храма в г. Гомеле, а в 29 июня 1956 г. он принимает иночество под именем Иринарх и его ставят епископом Киевским, Винницким и Одесским. Епископ Иринарх умер 19 октября 1973года.

Первое упоминание о Каркалайской церкви находим в «Вятских епархиальных ведомостях» за 1901г, священником в ней был о.Климент. Последний священник Русских Иван Степанович умер в начале 60-х годов ХХ в. Он был также репрессирован в начале 30-х годов, но во время Великой Отечественной войны смог вернутся в д.Каркалай.

Старообрядческие церкви были построены после выхода в 1905 году «Манифеста о веротерпимости» в д. Заимской, д.Палкино, д. Котляки с разрешением основать свои старообрядческие кладбища - Курьинское, Котляковское, Тарасенское, Заимское, Поломское, Барабановское.

Все старообрядческие церкви в течение 1932-1934 годов были закрыты и переданы под школы, детские ясли и детские площадки.

Старообрядцы этой местности называют себя православными старообрядцами «неокружниками» первого чина. Отличительной особенностью старообрядцев белокриницкого согласия Глазовского уезда является то, что иконы у них как медные, так и деревянные старого письма. Ставят их в передний угол избы, чаще в правый, на видном месте. Свечи делают тонкими, при молении может зажигаться лампадка, заправляемая растительным маслом. Одним из признаков гостеприимства является предложение гостю чая.

Беспоповщина никогда не представляла собой единого религиозного образования, распадаясь на различные согласия и толки. Беспоповское учение базируются на тезисе о том, что Антихрист уже пришел в мир и духовно царствует в Русской Церкви со времени патриаршества Никона, поэтому в мире нет истинных таинств и истинного священства, следовательно, нельзя молиться за царя как главу антихристова государства и церкви. Именно этот пункт вызывал наибольшее недовольство государственной власти и также был предметом дискуссии внутри старообрядческих согласий. Наибольшим влиянием в беспоповщине с первой половины XVIII века пользовалась поморщина.

В Глазовском уезде из старообрядцев-беспоповцев проживали поморцы, или даниловцы, и филипповцы. Центром даниловского согласия в Глазовском уезде были волости Гординская, Карсовайская, Лыпская, Юсовская, это приходы Гординский, Зуринский, Кулигинский, Карсовайский. В свою очередь, даниловцы делились на деминский и максимовский толки. По сообщению информатора Порошиной Лукерии Кирилловны, максимовцы проживали в Карсовайской волости, в таких деревнях как Новоселы, Марченки, Максенки, Павлушата, Самки, Петровцы, Коровино, Шарпа, Афонино и др.Наиболее часто встречающиеся фамилии старообрядцев – даниловцев: Бузмаковы, Булдаковы, Булычовы, Вихаревы, Владыкины, Гавшины, Ждановы, Ичетовкины, Лузянины, Макаровы, Пыжьяновы, Сабуровы, Снегиревы, Тебеньковы, Тонковы,Ширяевы, Шмырины. Появление старообрядцев на Каме и её притоках, согласно материалам архимандрита Палладия (Пьянкова) связано со ссыльными стрельцами, оказавшимися здесь после восстания 1698 г. и построившими первые старообрядческие скиты по рекам Сепычу, Сабанце, Лысьве и Очеру, которые оказывали огромное влияние на духовную жизнь старообрядцев. В дальнейшем на становление старообрядческой организации Пермского края и севера Глазовского уезда оказывала влияние Выговская пустынь.

В начале XVIII веке к первым поселенцам присоединились рабочие Уральских заводов, крестьяне, бежавшие от помещиков, солдаты. Из обвинских скитов во второй четверти ХVIII столетия (с 1725 г.) старообрядцы стали проникать севернее. Постепенно они заселили Верхнюю Каму и все ее правобережье. Связь с внешним миром осуществлялась только по узкой тропе вдоль реки Камы или зимой по льду. Отсюда старообрядчество поморского согласия распространилось среди части зюздинских пермяков в Гординской волости Глазовского уезда. В документах отмечается, что на данной территории широкое распространение получает переход местного населения, в том числе и проживающих здесь удмуртов и коми-пермяков, в старообрядчество. Соседние народы старообрядцев этой местности называют «кержаками». На границе нынешней Кировской области и Удмуртии словом «пермяк» чаше всего называют старообрядцев.

Даниловцы выбирают из своей среды духовников (духовниц). Например, духовницей Сергинских старообрядцев много лет (умерла в 2005 году) была Селезнева Анна Лукьяновна из деревни Афонино. Отец и дед Анны Лукьяновны также были духовниками. (Лукиной Н.В. о Селезневой А.Л. был сделан любительский видеофильм) Старообрядцев, постоянно посещающих общину и выполняющих все требования, называют «лажеными». «Лаженый» имеет отдельную посуду. Большей частью даниловцы живут за счет доходов своего хозяйства, огорода. Как пишет Шиляева Шиляева В.Ф «Сергинская мудрость», грехом считается ложиться в гроб в «чужом», поэтому свое, что припасается для похорон шьется заблаговременно своими руками, обязательно из белое домотканого полотна простым швом. Хоронят даниловцы только в лаптях, гроб делается без единого гвоздя, их заменяют веревками. Вместо креста ставят столбик, местами с крышечкой из двух дощечек. Ставить такие кресты на могилы было характерно для Выговского общежительства, что свидетельствует о тесной связи даниловцев Глазовского уезда с поморскими общинами севера. Пить чай у даниловцев не принято. Пьют светлый квас и готовят бражку-томленку. Иконы только медного литья, ставятся на видном месте. Свечи скут толстыми.

Старообрядцы филипповского согласия в Глазовском уезде проживали в Леденцовской, Порезской, Сардыкской, Святогорской, Унинской, Юмской волостях, в таких деревнях как, Аникинцы, Архангельское, В.Багыр, Н. Багыр, Барановцы, Бараны, Башмаково, Белянцы, Вавилово, Ефремово, Захватайцы, Лупашино, Менил, Нефедово, Новобеляево, Новокулемино. Новочурино, Прохорово, Рыловцы, Рябиновцы, Смолники, Старо - Беляево, Сюрзино, Самоделкино, Шиши и др. Наиболее распространенные фамилии филипповцев этой местности: Анисимовы, Беляевы, Буторины, Конышевы, Макрушины, Нохрины, Перминовы, Сиговы, Скопкарёвы, Смольниковы, Харины, Чернышевы, Шмырины и др.. Филипповцы называют себя православными, настоящими старообрядцами. Соседи называют их перекрещенцами. Миграция старообрядцев-филипповцев в Глазовский уезд шло из Вятской губернии со стороны Уржума. Крупнейшими центрами филипповцев сегодня являются общины в Уржумском районе Кировской области, Красногорском, Игринском районах Удмуртии.

Старообрядцы белокриницкого согласия и филипповцы проживали в южных волостях Глазовского уезда. Деревни филипповцев и поповцев располагались рядом. Встречалось, что в одной деревне могли жить как представители поповского согласия, так и беспоповского. Миграция поповцев, как и филипповцев, в Южные волости Глазовского уезда происходила в одно и то же время на рубеже XVIII – XIX веков. По своему составу, как поповцы, так и филипповцы были в большей степени старообрядцами «издревле», случаев присоединения к ним коренного населения в просмотренных документах не обнаружено.

Иконы у филипповцев, в основном, медные, встречаются и деревянные, но только с изображением креста. Они ставятся не на видное место, прикрываются шторкой. Считают, что еретик или иноверный оскверняет христианскую икону, крестясь на нее - поэтому божницы прикрыты занавесью. Открываются иконы только для моления. Для свершения таинств и отправления духовных служб филипповцы избирали мирян из своего круга. Члены общины едят и пьют из отдельной посуды, которую называют «ребечьей». Этой посудой пользуются только одноверцы. Большое значение старообрядцы-филипповцы отводили поминальным обедам по умершим. Стол накрывают скатертью, ставят хлеб, соль, кладут ложки. А затем в строгой последовательности ставят на стол блюда из запеченной с яйцом и сметаной капусты, окрошку, кислое молоко, уху, отварную и запеченную рыбу. Готовят творог со сметаной, молоко с яблоками, жареную морковь, силенку, варят каши, кисель крахмальный. Отдельно подают на стол сухую малину или изюм, бруснику, мед, фрукты. В конце застолья подают квас.

Моленные беспоповцы Глазовского уезда строили без алтаря и престола. Внешне они напоминали обычные избы. Беспоповцы принимали всех переходящих к ним только через повторное крещение, т. е. «первым чином». Они не употребляли чай и кофе, воздерживались от употребления спиртных напитков. У всех беспоповцев существует два таинства: крещение и исповедь. Из-за отсутствия священства у них нет таинства венчания. Но на бытовом уровне есть все же соответствующий «светский» обряд, когда родители проводят жениха и невесту три раза вокруг стола и вычитывают определенные молитвы. Такие семейные пары не имеют права в течение всей брачной жизни входить в общину, не могут быть полноправными их членами. Они находятся в так называемом срединном положении не живущего по вере. Достигнув преклонного возраста, прекратив интимные отношения, возвращаются в общину. При этом они обязаны выдержать определенный пост, и после него жить по иноческому уставу.

Хотя среди старообрядческих согласий Глазовского уезда можно выделить особенности в некоторых обычаях (например, в отношении к некоторым продуктам питания), материальной культуре (например, в покрое костюмов), религиозных правилах поведения (например, в количестве поклонов), для всех старообрядцев характерно строгое следование традициям и обычаям древней Руси, использование старорусских богослужебных книг, унисонное пение, всех их объединял дух соборности для решения всевозможных внутренних вопросов.

Центрами религиозной жизни старообрядчества являлись моленные, церкви, уединенные скиты или пустыни. Здесь совершались церковные службы, которые отличались торжественностью и строгостью. Вот описание службы по материалам полевых исследований: «В молельной рядами стояли отдельно справа мужчины, слева женщины. Женщины одевались в сарафаны. Перед иконостасом зажигали лампадки и свечи. Все крестились, кланялись и клали земные поклоны на подручники одновременно, перебирали лестовки. Службы длились по пять-шесть часов».

Во главе религиозных общин стояли наставники (духовные пастыри), или священники. Наставники руководили службой по праздникам, проводили крещение, исповедь, погребение, следили за соблюдением постов, накладывали епитимью за нарушения, а также регулировали различные стороны религиозной жизни общины.

Среди особенностей старообрядчества, можно назвать наличие медных литых икон, которые большое распространение получили в старообрядческой среде. Литье, утвердившееся в русском церковном искусстве в домонгольскую эпоху, переживает на рубеже XVII - XVIII столетий второе рождение. В это время изготовление литых икон, складней, разнообразных крестов сделалось достоянием исключительно старообрядцев. Литые иконы оказались более подходящими к условиям постоянного странствования. Происходит расцвет медного литья. Родиной старообрядческого цветнометаллического литья считается поморский Выговский монастырь, где, по-видимому, до середины XVIII в. сформировались основные композиционные и стилевые мотивы медной пластики. К XIX в. медные иконы отливались не только на Севере, но и на Урале, в мастерских Подмосковья, на Вятке в Старой Тушке. Литые иконы повсеместно находят распространение среди старообрядцев в Глазовском уезде. Можно даже говорить о том, что наличие медных икон свидетельствует о принадлежности к старообрядчеству.

Спасаясь от эпидемий и заразных болезней, старообрядцы выработали гигиенический комплекс жизни. Эти запреты позволяли сохранятся от эпидемий и болезней. Они пили и ели только из своей посуды, не допуская к ней других. Вся посуда строго разделялась на «чистую», или «посудную», и «поганую». К поганой относится вся посуда, которая использовалась для корма в ней скота, мытья пола, стирки белья, мытья в бане. «Чистая» посуда – это посуда из которой ели, готовили пищу. Держали отдельную посуду для чужих, которую называли «татарской» или «мирской». Всю чистую посуду закрывали крышками или переворачивали вверх дном, в крайнем случае, разрешалось прикрыть условно положенными крест на крест палочками. Бытовало среди старообрядцев особое предание «О непокрытых сосудах», в котором говорится, что если христианин напьется из открытой посуды «впадет в болезни, скорбь и кашление», поэтому сосуды следует прикрывать с молитвою и без злобы. Говорили: «В открытой посуде бесы ноги моют».

В старообрядческой среде сохранялся запрет на табак, на крепкие спиртные напитки, кофе. Долгое время действовали запреты на употребление картофеля и чая. Однако к концу XIX в. картофель становится распространенным продуктом питания. А чай, но только у старообрядцев-поповцев, стал традиционным и довольно широко распространенным явлением уже в XVIII веке.
 
В.С.Шудегова
(Удмуртия)
Категория: Север и Северо-Запад России | Добавил: samstar2 (2008-Дек-22)
Просмотров: 5790

Форма входа

Поиск

Старообрядческие согласия

Статистика

Copyright MyCorp © 2021Бесплатный хостинг uCoz