Книжница Самарского староверия Понедельник, 2021-Апр-19, 18:32
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта

Категории каталога
1694 г. [1]
1705 г. [1]
1709 г. [1]
1710 г. [2]
1723 г. [1]
1752 г. [1]
1779 г. [6]
1783 г. [1]
1784 г. [1]
1789 г. [1]
1805 г. [2]
1809 г. [1]
1810 г. [1]
1840 г. [0]
1846 г. [2]
1847 г. [0]
1859 г. [1]
1861 г. [2]
1863 г. [5]
1864 г. [2]
1865 г. [1]
1867 г. [1]
1868 г. [1]
1871 г. [1]
1872 г. [1]
1873 г. [1]
1874 г. [3]
1875 г. [0]
1876 г. [1]
1877 г. [3]
1878 г. [1]
1879 г. [0]
1880 г. [0]
1881 г. [0]
1882 г. [0]
1883 г. [1]
1884 г. [3]
1885 г. [3]
1886 г. [0]
1887 г. [0]
1888 г. [0]
1889 г. [0]
1890 г. [1]
1895 г. [1]
1896 г. [3]
1897 г. [1]
1898 г. [3]
1899 г. [1]
1900 г. [0]
1901 г. [2]
1902 г. [2]
1903 г. [2]
1904 г. [1]
1905 г. [2]
1906 г. [3]
1907 г. [1]
1908 г. [2]
1909 г. [14]
1910 г. [3]
1911 г. [2]
1912 г. [27]
1913 г. [1]
1917 г. [5]
1918 г. [1]
1922 г. [1]
1923 г. [4]
1924 г. [5]
1925 г. [1]
1926 г. [4]
1927 г. [2]
1928 г. [3]
1930 г. [2]
1953 г. [1]
1955 г. [1]
1956 г. [2]
1966 г. [1]
1974 г. [2]
1976 г. [1]
1978 г. [1]
1983 г. [1]
1988 г. [2]
1990 г. [1]
1992 г. [2]
1993 г. [1]
1996 г. [2]
1997 г. [3]
1998 г. [1]
1999 г. [1]
2000 г. [2]
2001 г. [1]
2002 г. [1]
2004 г. [2]
2005 г. [9]
2006 г. [19]
2007 г. [8]
2008 г. [10]
2009 г. [7]
2010 г. [12]
2011 г. [9]
2012 г. [10]
2013 [14]
2014 [5]
2015 [5]

Главная » Книжница » Материалы соборов и съездов » 1779 г.

Сказание о перемазанском соборе 1779-1780 гг. Седение 6-8
[ ] 2007-Ноя-06, 18:19

Седение шестое.

Декабря 22 дня, в доме Никиты Павлова, на коем было народа яко до ста человек. И что рещи тое своевольное соборище? Разве изумленных сонмище! Вси вопияху, вси горце кричаху, вси яко гуси гоготаху, вси яко журавли скрипяху. На котором были со страны церковныя: священноинок Михаил, инок схимник Никита, инок Никодим, инок Пафнутий, инок Иоасаф; со страны же московскаго общества: поп черной Матфей, иерей Василий Стефанов, инок Иона курносой и Иаков Галицкой с Керженца, Сергий Иргизский. На коем были чтены письма из Керженца, Данилова, из Городца с молением к отцу Михайле, да последует прежде бывшему отеческому обыкновению, еже бы приходящих от великороссийския церкви миром помазывать, в коих прописано, чтобы Никодима старца не слушать и яко противника церковнаго отлучить. Потом чтено бысть писание, присланное из слобод Климовой и Митьковки к московскому обществу, в коем прописано, якобы иеромонах Михаил и чернец Никодим отрыгнули злодыхательный и зловредный еретический яд, ежебы миром не помазывать приходящих от великороссийския церкви, и иная злохуления восписанная из того свитка чтено дуниловским жителем Федором Михайловым. Потом чтены некоторыя поносительства на отца Никодима в его некоторых наносительных недостатках. Потом чтена была история о бегствующем на Керженце священстве, веденная от времен Никона патриарха, писанная саморучно Ионою курносым, - в начале о Павле, епископе Коломенском, якобы изволил он приказывать, чтобы священников принимать от великороссийской церкви средним чином, под миропомазание, а и по миропомазании священство не снемлется, ибо-де и святый Григорий повелевает под миропомазание принимать и по миропомазании священство не снемлется. На которое веденное историчество вопроси Никодим читателя Федора Михайлова: сия история киим написана? На что ответствова Феодор: писал де сию историю саморучне отец Иона, на котораго ту преседящаго и указа рукою, к коему и прииде отец Никодим, и вопроси отца Иону и рече: ваше благословение, вы ли изволили сию историю писать? Он же рече: аз грешный. Никодим же нача вопрошати о Павле епископе Коломенском: сами ли изволили есте его священнострадальца Христова видеть и из его уст оное приказание слышать, или от кого вам случися уведать тое, или в письма некоего списавша? О чем отцу Никодиму дуниловские жители: Яков Васильев, Василий Афанасьев Софонеев, Григорий Демьянов отнюдь не даяху подробну испытовати и разными гласы вопияху, укоряюще Никодима; секретарем его нарицаху, инии же повытчиков именословляху, овии же различно ругаху, кому что вздумается, ихже укоризн не леть есть и писати. Он же неотступно Иону вопрошаше, да яве будет, откуда оная история выйде. На что Феодор Михайлов: я за отца нашего Иону возответствую. На что ему отец Никодим сказал: вам несвойственно за самописателя, ту суща присутствующаго, отвещавать, не к вам бо наше совопрошание настоит, но к самописателю истории сея. Чего ради паки дозволися вопросити близ его седшу Никодиму, и вопроси его паки: убо ли самовидец и самослышатель бысть приказания священно-страдальческаго? или от кого где слыша? или с готово веденней истории списа? Он же рече: самовидец и самослышатель таковех повелений о приятии священных под миропомазание не бывал и повелений таковых не слыхал, но списал сию историю с готовыя; а кто тую историю писал, того не ведаю; а списал ее не в давних летах. Паки вопроси его отец Никодим: в оной веденней истории упоминается святый Григорий, от коего якобы священнострадалец Христов Павел епископ Коломенский при приеме (приял) повеление и своему приказанию крепкое заключение, у коего обретается, еже обращающихся от еретик втораго чина, елико от священных, принимать во общение церковное под миропомазание и по миропомазании священство с таковех не снемлется, - и кто таков Григорий? святый Богослов, или Двоеслов? или ин некий? и от лица ли церковных учителей, или ученик чей бысть? и где таковое его повеление обретается, - в коей книзе, и на коем языке, - на греческом ли, или на латинском, или на грузинском, или на молдовлахийском, или на ином некотором? в печатней, или в писменней, в харатейной, или в бумажной? Чего ради Никодим, и кланяяся до земли, прирековаша: и аще таковое повеление ясное в писаниях обретается, молим, да покажите нам имени ради Божия и вся наша мысленнаго мрака о сем недоумении разрешите. Видев же Иона, яко Никодим неотступно о сем вопрошает, чего ради и умолча и яко безгласный седяше, зря ниц, не смеяше ни очесы возвести на Никодима. Никодим же паки его притужая, да ответствует о Григории: суть ли от лица церковных учителей и где был? в коей стране, какая лета поживе, и кто о нем от святых засвидетельствова? Видеша же елико ищущии сущия правды и благоразсудительнаго доказательства от законов церковных, разсуждающе глаголаху, яко сие во истории, с Керженца привезенней, писанней Ионою, ложно суть и фальшивую именословляху. Елицыи же не истинныя правды ищущии, но победы и одоления смотряюще, то тии Никодима канцелярским ябедником, уничижающе, нарицаху. Видеша же даниловския жители, яко Иона о лживей его истории изобличается от Никодима, вси воскричаша, укоряюще Никодима различными злохулении и досажденьми. Никодим же неотступно его вопрошаше, да пред всенародным множеством изобличится лжа их и яко да неприятную во всем обществе нашего единения покажет. Чего ради вышепоименованный Феодор Михайлов сказа, яко сие Григория святаго повеление описка суть. На что отец Никодим сказа: вам откуду известно, что во оной истории упоминаемый святый опискою в ню внесеся, еже не вам ю писавшим, но отцем Ионою? и аще сия описка, то что бы следовало вместо того написать? На что сделался Феодор безответен. Никодим же (нача) оную историю, яко фальшивую, обличати, а отца Иону, яку лжу пишущаго, препираше, глаголя, яко всяка лжа от диавола есть, любяй лгати друг бесом. Убо ли сицевыми ложными доказательствы изволите нас уврачевать, яко таковем никогда последствовати обещавшимся, и яко не свойственными христианом догматизании уверити нас приехасте? А особливо ангельский образ имеющим и сединами преукрашенным есть лгати непристойно. На что ни мало не ответствоваху, как оный Иона, так и Феодор Михайлов, но точию на Никодима бедне гневахуся и хотяще, да изведен будет от ту собраннаго народа; а особливо Яков Васильев Игумнов моляше с лестию, да в друзей полате един на един с ним точию да беседует. Никодим же отзывашеся, глаголя: кая польза будет нам наедине глаголати, яко слышателие останутся без пользы? А намерение их бысть такое, чтобы или его запереть единаго, или согнати с двора, или пястие возложити на хребет и на ланиты. Некто же от боящихся Бога вездесущаго и на всех милостивно презирающаго возвести иноку Евфимию, Евфимий же иноку Иоасафу, да не отходит никуды отец Никодим, хощут бо его на то уготовленные бити нещадно. Обаче весть Господь благочестивыя от напасти избавляти. Посем отец Никодим воззре на Никиту Павлова и прирече: вы, Никита Павлович, изволили в мимошедшее время, по приезде оных с Керженца отец, плескать руками, яко Никодима сими выписки победим, понеже обрели и есть готово, яко и по миропомазании священство не снемлется: о сем ли изволили радоватися, плещуще руками и глаголюще: победим, победим? Как видно, вы не правды и разсмотрения ищете, но победы и одоления. Сие ли ваших столетних стариков твердое доказательство? Аки паутинная ткания прикосновением крыла бездушныя мухи разоряется! И о сем ли радоватися изволил еси, яко сицевыми лживыми списками Никодима, плещуще руками и глаголюще: победим, победим? И на сицевых лжах, от сего сединами цветущаго написанных в его издавна им самем похвальной книге, всюду лжами, яко Питиримом Нижегородским сысканной им книгою, нарицаемое Деяние, плесния паче сребра блещащеюся, выдумкою утверждатися, яко не следовательно, а паче омыслительно. За что отцу Никодиму от Никиты Павлова и жалование дубин посулися, чего ради и изведоша его оттуду в дом Стефана Алексеевича, да не сотворится некоторый с обеих стран бунт и убийство. И потом сделася ужасно презельный крик и неполезный с криком шум и друг на друга поношение с произносительными укоризнами, ихже не леть есть и писати. Посем час утишашася, - раскаевахуся, яко таковое собрание не есть полезное, пачеже безчестное, и излишно обидехом беднаго Никодима. Зазирающеся и едва пришедше в себе, видеша, яко Никодима ту не обретается, послаша Никиту Никифорова и Филиппа Семеонова, да умолят Никодима ко еже паки прити на то собрание, и да беседуют от божественнаго писания, и да не памятует, молящеся, досад их. Пришедше же послании в дом Стефана Алексеевича и просиша его с умолением, не поминая злохулениев и досад, на что и согласися отец Никодим, и пойде по прошению их, и прииде паки в дом Никиты Павлова, и на долг час прошаху, да поне мало побеседуют от святых писаний и да разсуждают праведно с обеих стран. Но никако умоляеми бяху: паки начася крик и презельный шум. Овии глаголаху, да беседуют от святых писаний, овии же ниже слышати сие хотяху, а особливо боящеся отца Никодима, яко человека в писаниих ведущаго, да не побеждени будут ищущии победы и одоления, а не правды. Прииде же инок Пафнутий к Феодору Михайлову и рече: чего ради вы от божественных писаний беседовать не хощете? Он же, не ведая яко Пафнутий есть сын святыя соборныя и апостольския церкве [т. е. держится стороны Михаила и Никодима], и рече ему: аще от писания беседовати, то многих соблазнишь. Пафнутий же сие возвести велегласно, яко того ради от писания беседовати не хощут, да не обличится лживое их смышление. Народи же, елицы от страны противных, весьма на беднаго Пафнутия возшумеша, укоряюще его. Обаче едва убедишася, на мал час да беседуют от писания, о чем и согласишася. Иван же Симеонов Хорский изрече: Никодим хотя и не вас обманет! Нецыи же, со усердием желающе слышати слово Божие и зрети правду церковную, воспрепятствоваша ему и рекоша, яко Никодим не свое глаголет, но от святаго писания, а аще и ангел с небесе сшедший и вещаяй свое, а не от писания, анафеме предается. На что Иван Симеонов паки сказа: Что нам говорить с ним? Ибо он человек сильный и всякия увертки в беседах ведает; никто его не знает, а мы весьма его издавна ведаем. Однако назначиша пять человек, яко да беседуют с Никодимом, а именно: старца Сергия, Ивана Симеонова, Петра Матвеева рещика, Феодора Михайлова, Георгия Феодорова. Но Георгий Феодоров никогда в лице ответчика не стоит; аще и назначивается к сведению, но никогда в самосущем ответствии лицем выстаивая, но созади, из-за людей, бояся Никодима, да не обличен будет в действии на Кладбище беззаконнаго мироварения, чего ради на третьем седении в доме Григория Феодоровича, ноября 24 числа, по просьбе его Иван Симеонов Хорский в крестовой палате за иконостасом, отведши отца Никодима, кланяяся до земли, молящеся, ежебы о мироварении не было при общенародном собрании упоминаемо, да не молва и соблазн будет в людех. Однако до того в то время случая не доиде глаголати; зде же о сем оставляем, но на предлежащее возвратимся. Помольшеся вси общекупно и седоша с благословением, призвав Господа Бога в помощь и пречистую Его Матерь, начаша разглагольствовати. Но приезжих с Керженца отцев: Матфея, Ионы и Иакова не бяше ту, - аще и умоляеми отцем Михаилом, да послушают беседы от святаго писания, но не идяху, зане от писания доказательств ниже слышати хотяху, отзывахуся, глаголюще: что нам писание? у нас так отцы действоваху! ужели не ведали писания! И прирече Матфей отцу Михаилу: я разбойника слушать не хощу и к седению не иду! Отец же Михаил, увы, горько из глубины сердца о сем слезно болезноваше, молящеся, кланяяся, да приидут из другия полаты и да слышат о предлагаемых, между нами имеющихся распрях, и разсуждают праведно по законом церковных архипастырей. Однако никто не послуша его, и не приидоша; точию единии мирстии, слушающе, внимаху. И бысть помощию Божиею тишина. Беседующе разсуждаху о новшествах великороссийския церкви, яко суть омышлению подлежащих(ия), о нихже и сомневаемся. Сергию же вопрошающу, Никодиму же его наставляющу и ответствующу, воеже бы како принимать елико хотящих содержать древлецерковное благочестие, как священных, так и мирских равнообразне, и доказуя, яко в первенствующей церкви архипастырие церковнии приемляху и приимати заповедаша от еретик, иже в самой полности священныя богословии согрешающих, яко то от несториан, евтихиан и севириан, иконоборцев же и униат, о чем и нача свидетельствовати из книги Кормчей от шестаго вселенскаго собора правила 95 и толкования. И егда доиде до несториан, евтихиан и севириан, яко таковех елико обращающихся ко святей соборней и апостольстей церкви с проклятием точию ересей во общение церковное приимати от святых заповедашеся, почему тако и приемляхуся, иже весьма не сходственны таковем ныне новшествы имеющиися во великороссийстей церкви, - о чем паки сделася преужасный крик и зельный шум, - мнети, яко едва и здания каменная, по пословице, не разнесут; не хотяху, да слышать таковех доказательств, ежебы без миропомазания принимать. На что доказуя отец Никодим, яко и от белорусцев миропомазания тайну святейший Филарет Московский соборне повелевает приимати, о чем сделася паки неумиримая брань, и едва утишишася. Егда же отец Никодим нача Ивана Симеонова вопрошати о сицевых белорусцех: суть ли сии ходиша светом Евангелия, еже крещени крещением обливательным, по римскаго костела чиносодержанию, или тьмою еретичества являются во всяком ветре учения и противная истинней вере творят? И тако недокончив сие, и возшумеша. Никодим же, препирая их, еже да скажут: оное белорусцев крещение обливательное православное ли, или еретическое? И со всецелый час не даяху ответа. Одначе Иван Симеонов, аще и не хотя, обаче изрече, яко еретическое, крещатель же како наречется? Иван же Симеонов сказа: ты суди! – бояся, да наречет крещающаго еретиком, того ради да не разгласится с посланием во обитель Покрова Пресвятыя Богородицы, от общества их посланнем, понеже тамо нарицаются того действителие сущими христианы. Сергий же сказа: христиане! На что отец Никодим вопроси Сергия: убо ли сицевии, от вас именуемии христиане, светом Евангелия ходиша? – молю, да явите нам; понеже святейший Филарет, иже в Польстей области живущих, и в два пути ходящих сказует. Сергий же о сем умолча и нимало противу того не возответствова. Никодиму же притужившу, да ответствует, и сделася паки презельный шум. Вси, елико враждующии на правду церковную, быша яко вином наполнени: кто что вопиет и кто кого ругает, кто кому досаждает! вси неключими и непотребни быша, несть до единаго, во ежебы благая и полезная слышати! всюду свары, всюду раздоры, всюду укорения слышашася! погибе в таковех боговлиянный и всех частей превосходнейший разум и разсуждение души; ослепишабося душевныя таковех разумная очеса. По сем Яков Васильев и Никита Павлов, вземше отца Михайлу и отведоша от стола к окну, и поклонишася до земли в нозе, с лукавством глаголюще: покажи нам третьяго чина еретик особенныя молитвы. На что отец Михаил не разуме их лукавства и обещася им на утрие прислати сделанный прием, по немуже прежнии отцы на Ветке приемляху, в особенной тетради написанный, возмнев, яко бы его требуют. Егда же отец Никодим услыша, приде и рече: чего вы (у) отца Михаила изволите требовать? Они же Никодима с безчестием отреваху, не давше ему никаковых слов во ответствие за отца Михаила глаголати. Обаче услыша, яко третьяго чиноприятия ищут от отца Михайлы, о чем доказоваше людем от книги Кормчия, от собора 6-го вселенскаго правила 95-го, от толкования, яко несториане, евтихиане и севириане, и от инех ересей подобных им, свою ересь прокленше и тем токмо довольни бывше, и на общение прияти суть. Зазираху же отцев ветковских, яко молитвы чтут над елико приходящими, вземлют из разных чинов молитвословия, елико приличествуемыя; на что отец Никодим доказывая, яко суть сие безпогрешительно, понеже на чине постригания малаго образа, елика ненапечатанная, то, поелику приличную, на окончании пострижения вземлют из великаго образа молитву: Иже огненей главе, и прочая; и посему несть никаковаго согрешения, во еже прочтенным молитвословиям таковым, зане с греческаго языка российстии пастырие от таковех еретик несториан, евтихиан и севириан чина молитв не преведоша; а понеже в России таковех ересей не обреташеся, чего ради молитвословия третьяго чина еретиком не положися; но по свидетельству Алексия архидиакона, свою ересь и иныя вся прокленше и тем довольни бывше, прияти суть во общение церковное. И аще оно вас, рече отец Никодим, соблажняет, якобы блюстителей устава церковнаго, и того ради общесоборным судом и всех повелением оныя молитвы, чтомыя во время приятия, оставить мы не прекословим. По сем Григорий Демьянов Дуниловский хотяше, да побеседуют о осмом правиле перваго вселенскаго собора. Егда прочте его с толкованием и хотяше отец Никодим, да покажет его и протчим, в каковом разуме церковнии учителие о приятии новатиан по миропомазании в своем чине пребывание таковых сказуют, и егда хотяше развергнути книгу Кормчую, но Георгий Федоров приступи к столу, не даяше книги развергнути. Никодим же усилуяся, да явит искомое; Григорий же Федоров отпихну его в грудь, и тако весьма воскричаша. Приидеже поп Василий Стефанов и нача Никодима ругать и еретиком его нарицая. Никодим же вопрошаше его: кую ересь во мне обрести изволил еси, и коего еретика и на коем соборе тая проклятию предана? О чем и умолча. Никодим же пристигая его, да явит; и рече Василию Стефанову: аще бы нарек мя блудника, пияницу, татя и скверноглагольника, претерпех бы; а еже за церковь Христа моего и умрети готов есмь, но христианин есмь, а не еретик, а ереси и отступства православныя веры всех анафематизаю и общения таковех всеусердно соблюдаюся и блюстися усердствую. И сделася паки презельный крик и неумиримая брань. И тако весьма возкричаша со гневом и разыдошася, един другаго безчестно гаждаху.

 

Седение седмое.

Декабря 29 дня в доме у Никиты Павлова бысть, на коем было человек яко до ста, и вси сами с собою разгласны: ов мнение такое предлагает, ин иное разсуждает, и един другому ратует. Со страны же церковныя из отцев никого не бысть, кроме отца Пафнутия. Пафнутий же от страны церковныя защищая ея праводогматствование, доказывая им, яко жестоко есть вам противу истины ратовати и лишившихся по миропомазании священства священными почитати, и действовати им есть противно правилом церковным: темже по восприятии тайны святаго миропомазания яко мирстии, яко людины от церковных учителей вменяются, чего ради, рече, отцы наши чиноприем принимать опасаются, да не вовсе лишатся содержания правильнаго священства, а приемлют точию с проклятием ересей, православно, по правилам святых отец. Ту прииде иргизский старец Сергий с Иваном Алексиевым Голым. И сделася великий шум и преужасный крик; ругающе изгоняху вон онаго Пафнутия и слепым его нарицаху; притом же яко обличительне Сергий, призвав Якова Васильева Игумнова, и на Пафнутия сказоваше, еже слыша от отца Михаила пересказованныя речи Пафнутием, якобы Яков Васильев в доме Прасковьи Даниловны Журавлевой увещавал Пафнутия, да согласятся со Матфеем; Пафнутий же рече: аще с законами церковными Матфей будет согласен, то и я с ним соглашуся. И Яков же рече: оставь ныне законы, последуй обычаю. О чем вопроси Сергий Пафнутия: бяше ли таковыя речи? На что и ответствова: быша, рече. Сергей же, спрашивая Иакова Васильева: бысть ли таковыя речения? О чем Яков не возможе запретися, зане око на око сведени суть. Чего ради и рече: говорил таковыя речи, чем Сергий и Яков посрамишася, а на Пафнутия весьма оскорбишася, досаждающе изгоняху его вон, да не противоречит им. Но Никита Никифоров вступися за Пафнутия, моляше, да беседуют от святых книг. Но коим обоим, как Пафнутию,так и Никите Никифорову, Никита Павлов посули дубины, и обеих изгнаша. По сем сташа Петр Матфеев, Стефан Алексеевич, Василий Иванов серебреник за разум церковный о елико приходящих от еретик втораго чина священных, яко по миропомазании священства своего лишаются, и доводствоваху от послания Константина-града собора к Мартирию епископу Антиохийскому о приятии еретик, в коем еже по миропомазании елико священнии, яко мирстии человецы от церковных архипастырей вменяются, и яко (иже) от тщаливых поставляются в сан, в немже беша. Сергий же рече: идите и вопросите своего учителя Никодима, в кая лета послание сие бысть, и буде толкователь священных правил послее бысть сего. Никодим же в то время бысть в соседстве Никиты Павлова у московскаго жителя Филипа Симеонова, к коему прииде изгнанный Пафнутий, беседующе от святых писаний о пользе душевней, у него же народу бысть человек яко до тридесять. Таже пришедше Петр Матфеев рещик, Стефан Алексиевич, Василий Иванов серебреник в дом Филипа Симеонова, и вопросиша отца Никодима о послании Константина-града собора: в кая лета бысть? есть ли где о сем известное ведение? На что отец Никодим и ответствова, яко совершеннаго ведения о летописании о послании сем видеть нигде не случися, гадательствуетбося, яко от втораго святых отец вселенскаго собора бысть сие послание, а вторый собор бысть в лето 374-е. На что Петр Матфеев, пересказывая старца Сергия, яко сие послание бысть до толкователя священных правил Алексия архидиакона, а толкователь бысть после послания. Но о сем отец Никодим нимало в том не препятствуя, и рече: аще прежде, аще после, но разум церковный есть един, как соборнаго послания, так и толкователя священных правил, осмаго перваго вселенскаго собора толкования; убо в толковании онаго правила сказует о еретицех глаголемых чистых, елико обращающихся ко святей церкви, и таковии только святым миром помажутся, аще же нецыи от них суть и епископы, паки в своем чине да пребывают; в послании же Константина града собора сказует: по миропомазании потщаливии мирстии человецы поставляются в сан, в нем же беша, или презвитери, или диакони, или ино что; в толковании же того отдает приходящих в волю православныя веры епископу, емуже и сказуется о таковех, елико священных: паки в своем чине пребывание таковем, емуже то поручися от Христа Спасителя в последовании церковным архипастырем, елико приходящих в свой чин поставляет с обычными всяко степеней произведении. Потом доказывая отец Никодим, яко от времен втораго вселенскаго собора до толкователя священных правил проиде лет 517, ибо толкователь бысть в лето 891-е; а аще по мнению Сергия старца, якобы толкователь по миропомазании, елико обратившихся от ереси глаголемых чистых, священных с первейшею от еретик приятою хиротониею во своем чине пребывание сказует, то в таковех летех како хиротонисаннии в чистых, елико священнии, по миропомазании по посланию Константина-града собора приемляхуся? И посему явствуется, яко таковии и в таковая времена, по приятии оныя тайны святаго миропомазания, яко мирстии, яко простолюдины вменяхуся, потщаливых же паки хиротонисаху в сан, в немже беша; а без повторнаго паки по степенем поставления священная действовати, яко неосвященным, не приемшим сана, не дозволялося. Чего ради и прирече Никодим, яко у них простии и не освященнии священная во одеждах священных действуют неправильно, и подобни во ангела светла образующимся, но не сущим, и Божие лицемерующим, ниже бо гласы божественныя от них, ниже дела святая, понеже поставления не имут, но и месть приимут негде прельстившихся от них, или крещенных, и прочая. И аще собора послание бысть после толкователя, то всеконечно криворазсудительное Сергия старца мнение, еже по миропомазании без паки повторнаго по степенем возведения священная действовати разоряется. Откуду и еще придаде им ведение, яко Феодор Вальсамон бысть после толкователя 309 лет, и той по крещении, или по миропомазании священства лишатися сказует и яко не бывшее вменяет, а елико от достойных по степенем возводитися сказует; тож и Севаст Арменопол, бывый в лето 1343-е, после толкователя спустя 452 лета, засвидетельствова онаго собора послание, в коем по миропомазании, яко тщаливии людини, хиротонисуются во оное, еже у самех беша первее; потом Захарий Копыстинский, бывый в лето 1620-е, после толкователя спустя 729 лет, тожь: по миропомазании посвящаются в сан, в немже были, любо презвитеры, любо диакони, или подъдиакони, или псалмочетцы. От которых доказательств вси ту слышащии приидоша в страх и удивление, како неразумия ради и простоты своея правильнаго священства лишившиися паки священная действуют, о чем и Петр рещик сказал: я – де правду церковную и сам знаю, да для народа умалчиваю! Чего ради даде им Никодим и выписку из Вальсамонова ответа. Но уже не засташе их, вси разыдошася: бояхуся, да не обличени будут. И о сем не умолчим: егда сии, послании из дому Никиты Павлова, пришедшия о вопрошении лет соборнаго послания, моляше отец Никодим елико пришедших да возвестят отцам и всему обществу, собранному у Никиты Павлова, да дозволят ему внити побеседовати от писания и самоличне противу елико совопрошающих отвещати, или Сергия да умолят приити в дом Филиппа Симеоновича. Чего ради и поидоша нецыи из ту слушающих с таковем прошением, и возвестиша тое пред все общество. На что посланным нецыи отрекоша сему быти: к себе его, рекоша, не зовем, и к нему не идем. И ту сделася ужасный крик и зельный шум; инии глаголют, яко да приидет, овии же кричаху: да не приходит, да не соблазн и молва будет в людях, елико слышащих! И тако оставиша.

 

Седение осмое.

Декабря 31 дня в доме Иоакима Васильевича Мальцова, в крестовой светелке Ивана Семенова Хораскаго, на коем бысть со страны церковныя священноинок Михаил, инок схимник Никита, инок Никодим, инок Иоасаф, инок Пафнутий, инок Савватий, инок Евфимий, инок Иоанн, и бысть празднующим ту Пресвятей Богородице, к тому же умоляеми Иоакимом Васильевичем, да побеседуют от Божественнаго Писания со Иваном Семеновым Хорским о между ними имеющихся распрях, яко да правда и неправда обеих стран пред очесы предложится; по коему и согласишася отцы, на что и Иван Симеонов преклонися. Но обаче с обеих стран моляху Иоакима Васильевича, да не разсуждает предложения опасно, безстрастне, ни на куюжде страну, но самосущую правду. И бысть беседующим им, вопроси Иоаким Васильевичь обеих стран и рече: в чем у вас разгласие церковное состоит промежду вами молю, да явити ми. На что отвеща ему отец Никодим, и рече, яко три суть проявленная разнствия между нами и здешними: первое, еже о несогласнем приеме елико отвне приходящаго священства и мирских; второе о паки повторнем приеме от нашея святыя церкве и помазании миром; третье – о варении на Кладбище незаконнаго мира. Посем паки у вас при церкви елико обращавшихся от Велико-российския церкве и приходящих к древле-церковному чиносодержанию, - помазуют ли святым миром, или ни? На что отвеща Никодим, и рече: не помазуют. Вопроси же и Ивана Симеонова: како у вас приемлют? На что отвеща и рече: помазуют. И вопроси его: по каким правилом? и дозволи ему доказывать. Иван же Симеонов вопроси Никодима: единообразно ли святая церковь елико приходящих от еретик принимала и приемлет, как священных, так и мирских? На что и отвеща: единообразно; аще перваго, или втораго, или третияго чина еретик, как священнии, так и мирстии, равно сподобляются крещения, или миропомазания, или с проклятием точию ересей во общение церковное приемлются. Потом Иван Симеонов и прииска священныя правилы о елико обращающихся от еретик втораго чина ко святей соборней и апостольстей церкви, которых повелевается святым миром помазовать, и прочте от тех некоторую часть. На что отец Никодим и выговорил такую речь: аще от таковех елико изъясненных втораго чина еретик приходящих святая церковь повелевает святым миром помазовать, убо и от Великороссийския церкви тожь хощете таковем же чином принимати, почему и приемлете, как священных и мирских, о чем хотя по мнению вашему ныне и попустим сие, и не токмо чела наша готови суть к помазанию святаго мира, но и главы ко крещению; точию да будет согласно с законы церковными и воеже бы елико приходящих и священства саном почтенных и помазавшихся миром не лишитися правильнаго священства: ибо елико обратившихся от еретик перваго или втораго чина по крещении или по миропомазании по законам церковным священства своего лишаются, и без паки повторнаго от соборныя церкве епископа священнаго рукоположения действовать ни под каким видом не дозволяется. О чем и вопроси Никодим Ивана Симеонова, да явит ему поне единое правило или страну, еже бы по крещении или по миропомазании, елико от священных, обратившихся паки с тою же от еретик приятою хиротониею священная воздействуют православно. На что Иван Симеонов и ответствова, яко от еретик глаголемых чистых, иже во осьмом правиле перваго вселенскаго собора и толкования, из коего взем от речи: «и таковии токмо миром помажутся, аще же нецыи от них суть и епископи, паки в своем чину да пребывают». На что отец Никодим и вопроси его: с первейшею ли от еретик приятою хиротониею, или другия от православныя церкве епископа паки сподобятся, и во своем чине да пребывают? На что и отвеща Иван Симеонов и рече: с тою еретическою хиротониею, и без паки повторнаго хиротонисания священствуют безпрепонно. На кое его мнение доводствуя Никодим, яко еже от еретик перваго или втораго чина обратившихся ко святей соборней и апостольстей церкви и крестившихся, или святым миром освятившихся, священства саном почтенных никогла архипастырие церковнии с тою же, от еретик приятою хиротониею, священных не приемляху и принимати отнюдь не повелеваху; как в законах, так и в историях церковных уставления сего нигде же не обретается, и по приятии онех равнообразных таинств священства их лишают, и яко не бывша священства их сказуют, и яко скверна непщуема быти уставляют, и по сих яко мирстии и простолюдини вменяхуся. Чего ради и представи о еретицех глаголемых чистых от книги Кормчия от главы 33-я от листа 272-го правило 19 Феофила архиепископа Александрийскаго, сказующее сице: «иже от ереси глаголемых чистых обратившеся восхотят приступити к соборней церкви, да поставляеши от них презвитеры и диаконы и епископы по повелению Никейскаго собора, аще житие их право будет и не имый ничто же противно». И подаде книгу Кормчую в руце Ивана Симеонова, моляше, да явит, о ком сие Феофил архиепископ Александрийский глаголет. Иван же Симеонов сказа, яко сие правило о простых, а не о священных гласит. Никодим же рече: не глаголет: да поставляеши от них в диаконы, в пресвитеры, в епископы; но: презвитеры и диаконы и епископы по повелению Никейскаго собора. Чего ради Иоаким Васильевич повеле Ивану Симеонову отыскать в Никейском соборе о простых, да окончена будет речь о чистых. Иван же Симеонов, сыскав в Никейском соборе правило второе и предложи, но в коем не о еретицех глаголемых чистых объявляет, но о язычницех и поганых сказует; но кое его доказательство, яко не тое искомо суть, и не приемляшеся во оправдание Иоакимом Васильевичем; но моляше Ивана Симеонова, да покажет тое, о немже Феофил архиепископ сказует. Он же трикратно книгу Кормчую с преужасным азартом и неумирительным гневом мещаше на ту стоящий аналой и изрищаше тако: Никодим хотя и не тебя обманет! Иоаким же Васильевич сказа: тут не обман, но само ясное правило и точное доказательство еже от чистых, на чем вы наиболее и стоите и таковем и защищаетеся, напечатано: «поставляются презвитеры и диаконы и епископы по повелению Никейскаго собора», в коем о чистых кроме осьмаго правила не обретается. И тако не окончив беседы со гневом из крестовой светелочки и поиде. Пафнутию же старцу для некоторой потребности вниз в горницу сшедшу, виде Георгия Феодорова и рече: просим, Господа ради, да внидеши в крестовую ко отцем побеседовати от Божественнаго Писания, яко тии напаяют души вином умиления и да отгнани будут мраки раздоровидныя. На что Георгий Пафнутию сказа: видно, что оставаться всякому при своих мыслях, кто как хощет! И поидоша во град со Иваном Симеоновым. Потом паки еще вопроси Иоаким Васильевич отца Никодима: есть ли где еще яснейшее доказательство, еже по крещении или по миропомазнии священнии священства своего лишаются, и елико от достойных паки поставляти от святых повелевается? На что отец Никодим и доказоваше его честности от той же книги Кормчия, главы 37, от послания Константина-града собора к Мартирию епископу Антиохийскому, и от книги 9-я Марка патриарха Александрискаго, и ответ Феодора Вальсамона патриарха Антиохийскаго и всечестнаго иже во иеромонасех Матфея правильника от состава перваго, тожь и Захария Копыстинскаго архимандрита Киево-Печерскаго от книги его нарицаемыя Обороны, яко по миропомазании елико священнии священства своего лишаются и от достойных паки в свой чин пребывания хиротонисуются, а без паки обычнаго по степенем возведения священствовать не повелевается отнюдь. Иоаким Васильевич весьма понятно уразуме правду церковную, чего ради и разсудивше, яко свойственнее есть принимать без миропомазания, а доводствования и разсуждения Ивана Симеонова, а паче о нескромнем и пристрастном его нраве зазре, и тако разыдошася.

 

Категория: 1779 г. | Добавил: samstar-biblio
Просмотров: 919 | Загрузок: 0

Форма входа

Поиск

Старообрядческие согласия

Статистика

Copyright MyCorp © 2021Бесплатный хостинг uCoz