Книжница Самарского староверия Четверг, 2017-Окт-19, 19:16
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта

Категории каталога
Общие вопросы [208]
Москва и Московская область [31]
Центр России [49]
Север и Северо-Запад России [93]
Поволжье [135]
Юг России [22]
Урал [60]
Сибирь [32]
Дальний Восток [9]
Беларусь [16]
Украина [43]
Молдова [13]
Румыния [15]
Болгария [7]
Латвия [18]
Литва [53]
Эстония [6]
Польша [13]
Грузия [1]
Узбекистан [3]
Казахстан [4]
Германия [1]
Швеция [2]
Финляндия [2]
Китай [4]
США [8]
Австралия [2]
Великобритания [1]
Турция [1]
Боливия [3]
Бразилия [2]

Главная » Статьи » История Староверия (по регионам) » Урал

Безгодов А.А. История Сепычевского восстания 1918 года по новым источникам. Часть 1

Крестьянское восстание в с. Сепыч, к сожалению, до сих пор остается малоизученным в историографии. В литературе, касающейся проблем истории Гражданской войны на территории Оханского уезда Пермской губернии, информации о восстании имеется очень мало, да и та не отличается разноообразием.

Наибольшее количество публикаций о Сепычевском восстании находится в периодических изданиях. Интересные материалы можно найти в местных газетах, относящихся ко времени восстания.

Ценным источником в этом смысле является "Бюллетень информационного отдела Уральского окружного комиссариата по военным делам", в разных номерах которого небольшими заметками отслеживается ход восстания. В "Известиях Оханского УИКа"1 уже через месяц после восстания были опубликованы воспоминания сотрудника ВИКа Лазаря Жданова, пострадавшего во время восстания. В дальнейшем именно эта публикация послужила основой для написания многих статей в газетах и разделов в книгах, повествующих о Сепычевском восстании.

Некоторые рассказы и воспоминания о Сепычевском восстании были размещены в нескольких номерах "Известий Пермского губернского исполкома" за 1918 г. Вновь в районных и областных газетах статьи, посвященные сепычевским событиям, стали выходить с 1950-х гг. В конце 1950-х и в 1960-х гг. (особенно к 50-летию Октябрьской революции) печатались очень схожие между собой по содержанию воспоминания некоторых очевидцев восстания. Уже в наше время о восстании со своих страниц рассказала пермская газета "Звезда" (№ 53 – 54) в марте 1992 г.

С начала 1950-х гг. краткие упоминания о восстании появились в некоторых работах, посвященных истории установления советской власти и Гражданской войны на Урале2. Сепычевскому восстанию было посвящено несколько абзацев в труде Г. 3. Тиунова "Верещагино", вышедшем в Перми в 1960 г. Более объемную информацию можно найти в книге Н. Ф. Паздникова "Борьба за Пермь: Пермские события в Гражданской войне" (Пермь, 1988). За последние десять лет вышло уже несколько книг, в которых помещены различные (в основном отрывочные и повторяющиеся) данные об этом восстании. Среди них хотелось бы отметить работу краеведа В.П. Мельчакова "Верещагино: история города и района", изданную Пермским областным творческим центром в 1994 г.; также учебное пособие по истории Пермского края – "Страницы истории Земли Пермской" в двух томах (Пермь, 1996, 1997), созданное коллективом преподавателей пермских вузов; это краеведческая книга "Сивинский район: от истоков до наших дней", подготовленная и изданная к 75-летию Сивинского района, отмечавшегося в 1999 г., и изданная в 2002 г. типографией "Печатник" книга, посвященная 60-летию г. Верещагино "Край наш родной, Верещагинский".

Однако все приведенные данные о Сепычевском восстании в этих книгах не являются результатом исследований, а представляют собой заимствования сведений из более ранних работ (например, из той же книги Н.Ф. Паздникова, либо из периодики), в которых изложение событий не отличалось разнообразием и было взято из одних и тех же источников (периодической печати за август – декабрь 1918 г.).

Недостаточность источниковой базы в освещении восстания приводила к разногласиям и неточностям в изложении событий. Наибольшие разногласия выявились при определении даты подавления восстания3, в различных источниках приводились числа с 20 по 30 августа. Однако в большинстве документов указывается на 22 августа, что нами и принимается как наиболее вероятная дата прекращения восстания в самом селе, в то время как в волости боестолкновения восставших с красногвардейцами продолжались до начала сентября.

Непроверенные факты попадали в печать и по другим причинам. Так, при издании книги И.С. Капцуговича "История политической гибели эсеров на Урале" (Пермь, 1975) под влиянием обрушившегося шквала писем от А.Е. Жданова, утверждавшего о своей решающей роли в подавлении восстания, были внесены изменения, которые на многие годы стали основной версией в трактовке сепычевских событий. По этому поводу редактор Пермского книжного издательства отправил А.Е. Жданову письмо4, в котором говорится: "Сообщаем Вам, что в вышедшей в издательстве книге И.С. Капцуговича "История политической гибели эсеров на Урале" упоминается Сепычевское восстание и Ваше участие в его подавлении. Вот что пишет об этом автор на 160 странице: "В подавлении кулацкой банды большую роль сыграло выступление деревенской бедноты Сепыча, которой руководил А.Е. Жданов""5.

А.Е. Жданов продолжал бомбардировать письмами архив, обком и редакции газет, настаивая на своем видении восстания, однако его версия происходивших событий не подтверждается воспоминаниями других свидетелей. Подавляющее большинство документов (в том числе периодика втор. пол. 1918 г.) Андрея Евстафьевича Жданова как руководителя подавления восстания не выделяет, а некоторые вообще его не упоминают. Таким образом, о достоверности и объективности с его стороны говорить не приходится.

Здесь мне бы хотелось привести документ, ярко иллюстрирующий такую деятельность Жданова. Это служебное письмо зав. партархивом Пермского обкома КПСС Н. Аликиной в Центральный партархив Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС от 15 июня 1977 г. (приводится с сокращениями): "В течение трех лет член КПСС с 1932 г. Жданов Андрей Евстафьевич (1889 г. рожд.) пишет письма в партийные и советские органы, требуя признания руководящей роли его, Жданова А.Е., в разгроме крупнейшего кулацкого контрреволюционного мятежа в селе Сепыч Пермского уезда [губернии]. Вместе с тем т. Жданов требует награды за это. В своих письмах т. Жданов допускает неэтичные высказывания в адрес лиц и учреждений, занимающихся разбором его заявлений и отвечающих на них. В результате длительных поисков в центральных и местных архивах документы, подтверждающие участие А.Е. Жданова, в подавлении упомянутого мятежа, не обнаружены... Однако поток писем от т. Жданова не прекращается. Только в Пермском партийном архиве в подлинниках и копиях имеется более 40 писем Жданова, в том числе: 5 в ЦК КПСС и комиссию партийного контроля при ЦК КПСС, 12 писем и 2 срочные телеграммы в обком КПСС, 21 письмо в партийный архив Пермского обкома КПСС и в другие учреждения. Всего в партийном архиве в подлинниках и копиях сосредоточено более 40 писем Жданова на 238 листах. Вся переписка со Ждановым составляет 520 листов.. ."6.

К вышесказанному можно добавить, что в фондах ВРКМ нами был обнаружен документ о службе А.Е. Жданова в карательном отряде Красной гвардии при подавлении восстания.

Андрей Евстафьевич Жданов описывает Сепычевское восстание в верещагинской газете "Заря коммунизма" за 12 декабря 1968 г.:

"... В феврале 1918 года я приехал в Сепычевскую волость. Коммунист Николай Конев весной провел большую работу по выборам в волисполком. Его председателем стал представитель бедноты, коммунист Прохор Ларионович Жданов. Членом волисполкома стал и я.

Тревожное это было время. Кулаки из-за угла стреляли по активистам, в стране полыхала Гражданская война. В Сепыче создали ревком в составе председателя Чадова, членов Азолина и меня.

Никогда мне не забыть кровавые дни августа 1918 года.

В первых числах августа в селе Кулига кулаки набросились на члена отряда при Сепычевском волисполкоме Игнатия Жданова и Ивана Нохрина. Первый был тут же убит, а второй избит до полусмерти. Это было началом сепычевского кулацко-зсеровского восстания. К утру следующего дня кулаки убили 42 организаторов Советской власти.

В Сепыче арестованных садили в амбар.

Алексею Васильевичу Вологдину удалось из Сепыча уйти и пробраться в Верещагино, чтобы сообщить о восстании.

Местный сепычевский отряд попытался со стороны деревни Старая Часовня выбить восставших из села. Но силы были неравны. В бою был тяжело ранен Андрей Савельевич Обухов. В таком состоянии его забил до смерти родной отец Савелий.

Одним из главных палачей был поповский сын Александр Селиванов. Он орудовал ломом, добивал кистенем раненых в амбаре. Во время восстания кулаками были убиты Е.А. Жданов, Н.Е. Конев, Л.Т. Жданов, A.M. Патраков, Ф.Ф. Конев и многие другие.

С риском для своей жизни нам удалось поднять против повстанцев кое-кого из бедняков, отнять ключи от амбара у Сергея Мальцева и освободить около 100 арестованных.

Вскоре мы захватили и обезоружили главарей восстания. В это время на улице начался митинг. Через некоторое время два молодых парня – Тимофей и Харитон Ждановы привезли воз различного оружия от реки. Они там, на мосту, разоружали каждого, кто проезжал.

Когда мы узнали, что на подавление восстания двигаются красногвардейцы, то поручили Ивану Демьяновичу Шатрову встретить их. 22 августа отряд под командованием Тронова вступил в Сепыч.

Затем в село пришли колчаковцы, они вырыли из могилы захороненные трупы павших борцов за свободу в борьбе с кулаками. Колчаковцы вместе с кулачьем жестоко расправились с теми, кто сочувствовал Советской власти. Были расстреляны: мой отец Е.Л. Жданов, Ф.И. Романов, Осип Потапович и Никон Потапович Ждановы и другие..."7.

Не намного отличается стиль изложения событий и в книгах, вышедших не так давно. Так, в книге "Сивинский район: от истоков до наших дней" мы читаем: "18 августа 1918 года вспыхнуло восстание в с. Сепыч. Там жило много торговцев, ростовщиков, кустарей-кожевников, использовался батрацкий труд. В ночь на 18 августа группа сторонников Белой гвардии нарушила связь, спилив телефонные столбы и сорвав провода на линиях с Глазовом, Оханском, Очером, Верещагино и Сивой, а утром началось восстание. Убивали большевиков и их сторонников, резали их на куски, отрезали им уши, носы, выкалывали глаза. Чтобы привлечь к себе других, белогвардейцы взломали лавку и стали раздавать сахар, табак и прочее. Кулаки из Вознесенска, Новопу-тинска и других населенных пунктов стали подтягиваться сюда. Предводитель – прапорщик Мальцев немедленно стал формировать полк, который назвали "народной армией". От Пермского контрреволюционного подполья сюда было направлено оружие, но оно было задержано на ст. Бородулино большевиками. В период восстания был облит керосином и подожжен председатель волисполкома Прохор Жданов. Замучены уполномоченные Верещагинского волисполкома Николай Конев и Андрей Патра-ков. Сотрудник исполкома Севастьян Елохов был разорван пополам. За 4 дня в с. Сепыч замучено, убито 46 человек. Трупы были сложены в поленницу, как дрова, облиты керосином и сожжены. Несколько сот человек из семей коммунистов и сочувствующих были подвергнуты порке и издевательствам.

Утром 27 августа к Сепычу подошел отряд из Оханска под руководством Вожакова. 29 августа восстание удалось подавить"8.

Как мы видим, оценка и трактовка событий не изменилась, в изложении легко узнаются одни и те же моменты, те же подходы, схожие с публикациями 1918-го, 1960-х и последующих годов.

В своей книге "Борьба за Пермь" Н.Ф. Паздников дает характеристику с. Сепыч и тем условиям, при которых с его точки зрения стало возможным возникновение восстания: "Среди северозападных волостей, уступавших в доходности хозяйств богатому югу Оханского уезда, Сепычевская являлась исключением. Здесь были большие земельные наделы, выращивали много скота, большой процент составляли хуторские и кулацкие хозяйства. В них широко использовался низкооплачиваемый труд батраков из беднейших деревень соседней Удмуртии. В торговом селе Сепыч жило немало купцов, ростовщиков и предпринимателей, преимущественно по обработке кожевенного сырья. Толстосумы держали в кабале окрестных крестьян.

До постройки к концу XIX столетия Пермь-Котласской железной дороги долина реки Сепыч была заброшенным уголком среднего Прикамья, и здесь исстари селились беглые люди. От преследований властей сюда бежали раскольники, упорно державшиеся веры предков и их древних обычаев. Свято храня и передавая из рода в род ветхую старину, их потомки-сепычевцы также чурались новизны и отличались религиозным фанатизмом, сторонились православного населения, избегали всякого общения с ним.,

Даже внешний вид отличал сепычевцев от прочего населения. Они носили длинные бороды и волосы, нередко касавшиеся плеч, ходили в одежде старинного покроя и глубоких войлочных шляпах собственного изделия. Наравне со староверами здесь скрытно существовали издавна гонимые секты хлыстов, дырников и скопцов.

В жестокой классовой борьбе, разгоревшейся летом 1918 года в Предуралье, контрреволюционеры учли особенности Сепыча и использовали темное население этого отсталого уголка в своих интересах. Посланным в Сепыч подстрекателям охотно помогали священнослужители православной и старообрядческой Церквей, а также начетчики различных местных сект и толков. Забыв вражду, нередко доходившую в прошлом до драк, они объединились в борьбе за возврат старых порядков"9.

Вследствие всех вышеперечисленных особенностей при ознакомлении только с представленной литературой у читателей складывается весьма ограниченное видение событий, происходивших в с. Сепыч в августе 1918 г.

Несмотря на то, что в 1990-х гг. появилось некоторое количество новой литературы, в которой также имелась информация по интересующей нас теме, тем не менее источники, которыми пользовались ее авторы, оставались прежними, а соответственно ничего нового в уже накопленные знания ими не привносилось и никаких новых подробностей и деталей восстания выяснить так и не удалось.

Для более достоверного изложения событий было решено, прежде всего, обратиться к неопубликованным архивным документам.

В фондах Государственного архива Пермской области (ГАПО), освещающих революционный период, было найдено несколько дел, относящихся к Сепычевскому восстанию. Комплекс содержащихся в них документов состоит в основном из воспоминаний участников событий, а также из материалов, собранных Следственной комиссией Пермского окружного чрезвычайного комитета. Это показания участников восстания, постановления, заявления, протоколы и другие официальные документы. По данной теме имеется также несколько уникальных фотографий, которые хорошо иллюстрируют некоторые эпизоды восстания (эти документы выявлены нами в фотофонде ГАПО).

В Государственном общественно-политическом архиве Пермской области (ГОПАПО) мной были также обнаружены документы, относящиеся к истории создания большевистских партийных организаций и формирования отрядов Красной гвардии, принимавших участие в сепычевских событиях, а также воспоминания некоторых участников подавления восстания.

Довольно большое количество различных материалов по истории Сепычевского восстания находится также в научно-вспомогательном фонде Верещагинского районного краеведческого музея (ВРКМ), с которыми мне удалось ознакомиться в ходе исследовательских поездок в Пермскую область.

Материалы фонда р-656 (Коллекция документов Гражданской войны и интервенции на Урале), хранящегося в ГАПО, охватывают период с 1917 по 1922 г. и относятся к различным сторонам жизни общества того времени: политике, экономике, культуре, военным действиям и т. д. Большую часть составляют дела, содержащие документы центральных и местных белогвардейских и большевистских органов, а также различных политических партий. Несколько меньше имеется здесь дел, включающих материалы о восстаниях и мятежах против власти большевиков и проходивших под лозунгами эсеровских и меньшевистских советов.

В состав этого фонда входят и постановления Чрезвычайной следственной комиссии о восстании в 1918 г. в Сепычевской волости Оханского уезда Пермской губернии, показания участников и воспоминания очевидцев, протоколы крестьянских собраний сел и волостей, участвовавших в восстании, о мобилизации, реквизициях и произволе красноармейских отрядов. Среди данных документов можно обнаружить и материалы, указывающие на причины, побудившие население волостей к антибольшевистским выступлениям.

Документы фонда р-656 поступили на хранение в ГАПО в 1952 г. 30 января 1954 г. эти материалы из отдела фондов Октябрьской революции были переданы в отдел секретных фондов ГАПО. В 1972 г. часть документов этого фонда были переданы в фонд Пермского областного краеведческого музея (р-484). 25 января 1991 г. дела этого фонда после рассекречивания вновь поступили в отдел фондов Октябрьской революции ГАПО.

Другой фонд ГАПО, р-732 (Воспоминания участников революции и Гражданской войны на Урале), в котором было обнаружено значительное количество документов о Сепычевском восстании, состоит из материалов, собранных Пермским бюро Истпарта.

После Гражданской войны довольно остро встал вопрос о сборе документов по истории Октябрьской революции и Гражданской войны. В 1920 г. была создана комиссия по изучению истории ВКП(б) и Октябрьской революции – Истпарт. На местах были созданы бюро Истпарта, Пермское бюро возглавляла К.Г. Ольховская.

Перед Истпартом были поставлены следующие цели и задачи: сбор, изучение и издание документов по истории коммунистической партии, трех революций в России и Гражданской войны. Пермское бюро Истпарта наиболее активно занималось сбором воспоминаний по истории местных партийных организаций. На базе собранных материалов его сотрудниками осуществлялась политико-воспитательная работа среди населения – проводились вечера воспоминаний, организовывались выставки документов, на этих вечерах записывались воспоминания участников революции и Гражданской войны.

Собранные тогда воспоминания были переданы на хранение в ГАПО, в котором они составили один фонд. Хранящиеся в нем сейчас материалы систематизированы по трем разделам: 1) групповые воспоминания, 2) воспоминания участников революции и Гражданской войны и 3) воспоминания не установленных авторов. Дела внутри 1-го и 3-го разделов расположены по хронологии, внутри 2-го раздела – по алфавиту10.

В воспоминаниях отражена деятельность парторганизаций, боевых организаций на Урале, прослеживаются события трех революций и Гражданской войны. В том числе в них имеются сведения и о событиях, происходивших в революционные годы и годы Гражданской войны на территории Оханского уезда, в том числе о восстании крестьян в селе Сепыч в августе 1918 г. Кроме того, из этих воспоминаний можно получить некоторые биографические сведения как о рядовых участниках этих событий, так и о видных пермских большевиках, сыгравших большую роль в становлении советской власти на Западном Урале.

Охарактеризованные выше документы поступили в архив после ликвидации Пермского бюро Истпарта в 1935 г., когда одна часть документов была сдана в партийный архив Пермского обкома КПСС, другая часть документов увезена в Свердловск (ныне – Екатеринбург), остальные же материалы поступили на хранение в ГАПО, где и составили фонд р-732.

В 1971 г. этот фонд подвергся научно-технической обработке. Тогда были внесены в документы заголовки, проведена систематизация хранящихся дел и составлены новые описи. К настоящему времени все дела подшиты и пронумерованы. В последний раз проверка наличия и состояния дел данного фонда проводилась в 1978 г.

Интересные документы были выявлены в Государственном общественно-политическом архиве Пермской области (ГОПАПО), который до августа 2001 года носил название Государственного архива новейшей истории и общественно-политических движений Пермской области (ГАНИОПДПО). ГОПАПО – архив новый, образован 17 сентября 1991 г. на базе партийного архива Пермского обкома КПСС в соответствии с решением исполнительного комитета Пермского областного Совета народных депутатов.

Предшественником и этого архива можно считать созданное в декабре 1920 г. при Пермском губкоме РКП(б) бюро Истпарта. За десятилетний период своей деятельности бюро приняло на хранение около двух тысяч документов. Решение об организации областного партийного архива было принято на заседании бюро Пермского обкома ВКП(б) 26 октября 1939 г. Научно-техническая обработка фондов проводилась с 1991 по 1998 г. За последние 10 лет в архиве рассекречено более 25 тысяч единиц хранения. Основу комплекса документов, хранящихся в архиве, составили дела, образовавшиеся в результате деятельности партийных органов.

В настоящее время, после принятия ряда законодательных актов, регулирующих развитие архивного дела, целые фонды и тематические пласты информации были открыты для изучения и пользования широкого круга исследователей. Материалы, касающиеся восстания в с. Сепыч, оказались в фонде 90 (Коллекция документов по истории пермских областных организаций КПСС и ВЛКСМ) и фонде 8043, опись 1, раздел "Б" (Областная партийная организация. Коллекция фотодокументов).

Начало формированию коллекции (Фонд 90) было положено в 1947 г. в процессе выявления слушателями Молотовской областной советско-партийной школы документов для сборника "Великая Октябрьская социалистическая революция на Урале". В 1950 г. Пермской партшколой были переданы на хранение в Архив воспоминания ветеранов партии и комсомола, биографические справки об участниках событий революции и Гражданской войны. В 1960-е, 1970-е гг. архивом был продолжен сбор документальных материалов по истории партии и комсомола".

Рассекречивание архивной информации является одним из условий реализации принципа публичности архивов, который выступает в качестве одной из гарантий демократизации общества, обеспечивая общедоступность архивной информации и защиту интересов государства и законных прав граждан.

В соответствии с принятыми в последние годы Законом РФ "О государственной тайне" от 21 июля 1993 г., Основами законодательства РФ об Архивном фонде Российской Федерации и архивах от 7 июля 1993 г., а также Указом Президента России № 552 от 17 марта 1994 г., которым было введено в действие Положение об Архивном фонде Российской Федерации, все учреждения, организации, предприятия и граждане имеют право доступа к архивным документам, а также к информации о рассекречивании документов, отнесенных к государственной тайне12.

В 1988 – 1998 гг. в соответствии с имеющимися правовыми законодательными документами Государственным архивом Пермской области и после 1991 г. Государственным общественно-политическим архивом Пермской области был осуществлен ряд организационных и архивоведческих мероприятий, направленных на активизацию и проведение на высоком профессиональном уровне рассекречивания архивных документов, хранящихся в ГАПО и ГОПАПО и имеющих ограничительные для использования грифы. Все вопросы рассекречивания документов систематически рассматривались на заседаниях постоянно действующей комиссии по определению грифа секретности, в состав которой входили представители РУ ФСБ по Пермской области, областной прокуратуры, архивных учреждений, ученые-историки. В результате проведенной работы в одном только ГАПО было рассмотрено и рассекречено более 10 000 ед. хр. из 156 фондов Рассекречены были также и документы из фонда р-656 (ГАПО) и фонда 90 (ГОПАПО), используемые в данном исследовании.

До начала 1990-х гг. доступ к архивным документам был существенно ограничен, в настоящее время благодаря открытому доступу к документальным материалам, находящимся на архивном хранении, появилась возможность выявить неизвестные ранее документы, касающиеся истории Сепычевского восстания.

Трудности поиска документов заключались в том, что материалы о Сепычевском восстании не объединены ни в одном фонде, ни даже в одном деле. Также эти документы не имеют отдельной тематической описи. Более того, зачастую встречались документы, относящиеся к Сепычевскому восстанию, среди других посторонних документов, что также затрудняло их выявление. Чтобы найти нужные документы, приходилось подробно изучать описи фондов, заказывать дела, даже косвенно относящиеся к исследуемому вопросу, и внимательно их просматривать.

Все документы, выявленные нами, существенно обогащают исторические знания не только о Сепычевском восстании, но и о крестьянских антисоветских движениях того времени в целом.

"Кулацкий бунт", "белогвардейско-эсеровский мятеж" – • так большевики называли народные крестьянские выступления в первые годы существования Советской власти. Эта ярко-негативная оценка закрепилась за ними в научной и популярной литературе. Однако благодаря выявленным нами архивным документам и воспоминаниям свидетелей обнаруживается, что, по сути, это было народное движение против социально-экономической политики большевистского режима на селе. Бесчинства продотрядов и созданных незадолго до этого комбедов не могли не вызвать ответных действий со стороны возмущенного крестьянства. На происходивших тогда событиях также отразилась борьба за власть местных земских волостных советов с попытками организации большевистских советов. Таким образом, перед нами открывается следующее видение сепычевских событий в июне – августе 1918 г.

Еще в начале июня 1918 г. у Сепычевского волсовета (который был по составу беспартийным) произошел конфликт с Красно-Верещагинским советом, в который входили исключительно боль шевики. 1 июня Верещагинский отряд Красной гвардии прибыл в с. Сепыч с целью установления коммунистического порядка и находился в селе до 4 июня. Однако в действительности этот отряд своими действиями терроризировал население Сепычевской волости, производя незаконные реквизиции, избивая жителей и ведя беспорядочную стрельбу13.

На заседании Сепычевского волисполкома было принято постановление, в котором говорилось о непризнании власти Верещагинского совета и недопустимости в дальнейшем пребывания верещагинских красногвардейцев на территории Сепычевской волости. В частности, в этом постановлении было записано: "А если подобные явления повторятся, то население не остановится ни перед какими мерами в оказании им сопротивления". Постановление было подписано председателем вол-исполкома Габовым14.

Несмотря на это, в ночь на 28 июня в Сепычевскую волость вновь прибыл отряд Красной гвардии под командой комиссара Быстрова с целью замены местного состава волсовета на своих людей. На этот раз была прервана и телеграфная связь с уездным городом Оханском. Вместе с волсоветом разогнали и Сепычев-ский отряд народной милиции. Под давлением верещагинских красногвардейцев (в качестве заложников было арестовано около 20 человек) был выбран новый совет во главе с И.Ф. Ждановым, а для поддержания порядка сформирован отряд Красной гвардии15. 29 июня 1918 г. комиссар Быстрое объявил о переходе Сепычевской волости из Оханского уезда в самопровозглашенный Красно-Верещагинский16.

Летучие отряды Красной гвардии, сформированные из рабочих-железнодорожников ст. Верещагине, совершали рейды не только по Сепычевской волости. Так, 2 августа Глазовский уездный исполком (Вятской губернии) просил немедленно отозвать из Юсовской волости красноармейцев Сепычевского исполкома, предупреждая, что в связи с объявлением Вятской губернии на военном положении самочинцы могут быть расстреляны17.

Частыми стали не только действия по исполнению планов продразверстки, но и открытые грабежи. 13 августа граждане Сепычевской волости подали жалобу в Оханский чрезвычайный комитет на преступные действия, производимые красногвардейцами18.

После начала чехословацкого мятежа линия Восточного фронта простерлась от гор Северного Урала до Каспийского моря, проходя, в частности, и через всю Пермскую губернию. К августу 1918 г. белогвардейские части и части Комуча вышли к р. Каме на ее протяжении от Казани до Осы, вследствие чего возникла прямая угроза существованию Советской республики. В такой обстановке большевики были вынуждены прибегнуть к широкой мобилизации. Вследствие этого 8 августа на Ижевском и Боткинском заводах вспыхнул крупный мятеж, мобилизованные рабочие отказывались идти на фронт. Ижевско-Воткинское восстание было широко поддержано и крестьянством, доведенным до отчаянного положения продовольственной политикой большевистского правительства.

15 августа в Пермской губернии было объявлено о мобилизации в Красную Армию рядового состава 1896 – 1897 и бывших унтер-офицеров 1893 – 1895 годов рождения19. Мобилизованных солдат предполагалось использовать при подавлении восстания ижевских и воткинских рабочих. Неожиданно для большевиков в целом ряде волостей Оханского уезда прошли митинги и начались мятежи мобилизованных. Так, в Вознесенской волости, недалеко от с. Сепыч, местная организация эсеров распространила резолюцию против войны и мобилизации20. Цепь мятежей протянулась от Перми до Боткинского завода – в середине августа антибольшевистские выступления охватили уже Екатерининскую, Серафимовскую, Бубинскую, Черновскую, Токаринскую и другие волости.

В данных условиях Сепычевский волостной исполком ввел военное положение и обязал всех военнообязанных граждан от 18 до 45 лет явиться утром 18 августа на сборный пункт21. Это и послужило отправной точкой восстания в Сепыче.

Еще 17 августа местный отряд Красной гвардии под командованием Тунева ушел в село Кулига Вятской губернии. Пользуясь этим, в ночь на 18 августа повстанцы спилили столбы и сорвали провода, прервав телеграфную и телефонную связь с Оханском, Верещагино и Глазовом22. Утром крестьяне из отдаленных дере вень, выступая против мобилизации, стали сходиться к Сепычу, вооружаясь самодельным оружием23.

В трех верстах от села Иван Лобашев организовал отряд из 50 человек, которые, вооружившись, двинулись к Сепычу, призывая не идти на военную службу и присоединяться к восстанию24. Отряд Лобашева ворвался в село и разоружил оставшихся здесь красногвардейцев. К 8 часам утра здание волостного совета было занято восставшими. Так как день был воскресным и сотрудников ВИКа на службе не оказалось, их разыскивали по домам. Большевики были застигнуты врасплох и не оказали сопротивления. Селяне учинили физическую расправу над схваченными – многие из них были убиты, некоторые искалечены и согнаны в амбар.

В этот же день все жители мятежного села сошлись на собрание, на котором состоялись выборы руководителей восстания. Председателем волсовета был выбран Сергей Мальцев, главнокомандующим отрядами восставших – прапорщик Василий Иванович Мальцев, еще одним из вождей стал Александр Филатович Селиванов25. Затем было объявлено о создании для защиты села отдельного полка Народной армии (Комуча). В.И. Мальцев подписал приказ о мобилизации в него мужского населения от 18 до 45 лет. Принцип формирования полка заключался в следующем: каждое сельское общество (а их в Сепычевской волости было 16) должно было организовать роту, командиром которой ставили кого-нибудь из бывших солдат26. На окраине села сразу же выставили заставы, а в сторону Кулиги навстречу красноармейцам Тунева выслали один из отрядов с целью не пропустить их к Сепычу. Уступая превосходству в силе, отряд Тунева с боем отошел к д. Мальцево, а затем к селу Усть-Буб (в 30 километрах от Сепы-ча)27. Фактически отказ А. Тунева от активных действий против повстанцев позволил восстанию беспрепятственно расширяться и дальше.

К 19 августа сепычевцев поддержали Бубинская, Се-рафимовская, Екатерининская, Кулижская, Новопутинская, Тока-ринская, Денисовская, Вознесенская и Балезинская волости. В них были организованы отряды примерно по 100 человек в каждом, которые стягивались к Сепычу. Всего в распоряжении повстанцев в это время находилось около 2000 бойцов. Из пришедших им на помощь отрядов восставшие сформировали кавалерийский эскадрон в 300 сабель, который стал основной ударной силой, а также пехотные и саперные части. Вооружение эскадрона состояло из пистолетов и винтовок. Пехота вооружилась дробовиками, косами, вилами, кистенями, ломами и т.п. Командный состав восставших был вооружен наганами28.

Штаб и наблюдательный пост Сепычевского полка Народной армии расположился в здании церкви, с которой во время боя при помощи колокола подавались условные сигналы. По распоряжению руководителей восстания 20 и 21 августа в целях обороны вокруг села и в нем самом (у церкви, школы, хлебных амбаров) саперными частями совместно с жителями были выкопаны окопы. Работа по их рытью продолжалась круглые сутки.

Участники восстания испытывали острую потребность в оружии – половину вооружения составляли лишь колющие и режущие предметы. В кузницах Шулятьева и Петровых было налажено изготовление железных пик и кистеней29. Из Ижевского завода для восставших сепычан было отправлено два вагона с оружием, однако на станции Бородулино их перехватили верещагинские рабочие-железнодорожники30.

После прибытия Сепычевского отряда красногвардейцев Тунева в село Усть-Буб там был образован военно-революционный штаб северных волостей (Оханского уезда), который возглавил член Уральского областного исполкома Тронов31. Не решившись на прямое столкновение с восставшими, Тронов отвел свои силы на ст. Верещагино для соединения с другими красноармейскими отрядами.

Тем временем народное движение продолжало распространяться. Население восставших волостей первым делом выбирало новые советы, а существовавшие в них ранее исполкомы и отряды Красной гвардии разгонялись. Многие советские работники и красногвардейцы были расстреляны, в том числе сепычевские волостные военные комиссары Николай Конев, Андрей Патраков и председатель исполкома Прохор Жданов32. Сочувствующие большевикам и члены их семей подверглись арестам.

После взятия власти первыми постановлениями повстанцев, как правило, были отмена мобилизации в Красную Армию и продразверстки. В Сепыче из разбитой кооперативной лавки бесплатно выдавались некоторые товары. Для помощи беднейшим семьям, помимо денег, была организована и выдача хлеба в количестве от 1 до 10 пудов на семью33.

Передовые отряды рабочих-ижевцев уже находились в 50 верстах от железнодорожной линии Глазов – Верещагино, в районе которой действовали разъезды сепычевских повстанцев. В случае дальнейшего продвижения и соединения восставших ижевцев и сепычевцев вся пермская группировка Красной Армии оказалась бы отрезанной от центра страны. Осознав опасность Сепычевского восстания, находившегося вблизи фронта, для тылов 3-й армии, большевики стянули для его подавления свои последние резервы _ отряды рабочих Очёра, Павловска, Мотовилихи и даже интернациональную роту финнов из Перми.

18 и 19 августа отряд Красной гвардии Кленовской волости под командой Лещёва очистил от мятежников Токаринскую волость и занял ст. Бородулино. 20 августа на ст. Верещагино произошло соединение отрядов Красной гвардии. Руководителем их совместных действий стал Тронов. Возможно, тогда же был принят и тактический план действий по подавлению мятежа – во всяком случае, уже вечером того же дня отряды большевиков выступили к Сепычу.

Продвигаясь к Сепычу, красногвардейские отряды охватывали его полукольцом. Правый фланг составляли коммунисты "северных" волостей (в основном усть-бубинцы), в центре наступали рабочие Очёра, Павловска и др., на левом фланге – кленовский отряд Лещёва34. Ночью 20 августа отряд коммунистов "северных" волостей в количестве 105 человек без боя вошел в село Буб. 21 августа в 4 часа утра этот же отряд попробовал с ходу взять Сепыч, однако, натолкнувшись на организованное сопротивление и понеся небольшие потери, отошел35.

Категория: Урал | Добавил: samstar-biblio (2007-Ноя-17)
Просмотров: 2369

Форма входа

Поиск

Старообрядческие согласия

Статистика

Copyright MyCorp © 2017Бесплатный хостинг uCoz