Книжница Самарского староверия Понедельник, 2017-Июл-24, 03:50
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта

Категории каталога
Общие вопросы [208]
Москва и Московская область [31]
Центр России [49]
Север и Северо-Запад России [93]
Поволжье [135]
Юг России [22]
Урал [60]
Сибирь [32]
Дальний Восток [9]
Беларусь [16]
Украина [43]
Молдова [13]
Румыния [15]
Болгария [7]
Латвия [18]
Литва [53]
Эстония [6]
Польша [13]
Грузия [1]
Узбекистан [3]
Казахстан [4]
Германия [1]
Швеция [2]
Финляндия [2]
Китай [4]
США [8]
Австралия [2]
Великобритания [1]
Турция [1]
Боливия [3]
Бразилия [2]

Главная » Статьи » История Староверия (по регионам) » Казахстан

Романова Н.И. Современное положение Русской Православной Старообрядческой Церкви в Казахстане и Средней Азии

Старообрядчество Рудного Алтая (Восточно-Казахстанская область) к середине XIX в. было представлено 2 основными группами: «каменщиками» (бассейн р.Бухтармы), и «поляками» (бассейны р.Убы и Ульбы), а также добровольными и ссыльнопоссленными в XIX в. староверами со Среднего Поволжья и Урала (небольшой процент). Концентрация староверов на Алтае была самой высокой в Томской губернии. По подсчётам ВАЛипинской, в 1842 г. в Бийском округе (Рудный Алтай входил в его состав) их численность составляла 82,2% к числу всех старообрядцев Томской губернии (1). Территорию Рудного Алтая можно назвать очагом русского старообрядчества.

Во второй половине XIX в. конфессиональная жизнь рудно-алтайских старообрядцев являла пёструю картину: были и австрийцы, и беглопоповцы, и федосеевцы, и поморцы, филипповцы, дьяконцы, рябиновцы, нетовцы, окнопоклонники, странники и др.

К началу XX в. наиболее многочисленными здесь были Белокриницкая Церковь, центр которой находился в с.Выдриха, и поморский толк. Выдриху до революции часто посещал Семипалатинский епископ, село становилось его временной резиденцией на период пребывания.

Староверы вплоть до коллективизации представляли весьма замкнутое и локальное общество, со своей самобытной культурой и традиционным бытовым укладом. И лишь после сокрушительного удара власти по религии и крестьянству старообрядчество Рудного Алтая утеряло свою прежнюю силу. Это выразилось в резком сокращении числа старообрядческих общин и численности верующих, в них состоящих.

В духовной жизни коренных народов, населяющих территории Казахстана и Средней Азии, ислам традиционно занимает господствующее положение и, соответственно, получает всемерную поддержку от государства. В отличие от ислама, положение христианских конфессий в среднеазиатских республиках сегодня не простое, фактически они обречены на самовыживание. И если католической и протестантским церквям оказывают большую поддержку зарубежные центры, а православные приходы получают от РПЦ помощь и защиту, то этого не скажешь о старообрядцах. Они, пожалуй, находятся в самых тяжёлых экономических и правовых условиях. Но, несмотря на все переживаемые трудности, старообрядческие приходы в Казахстане ведут свою интенсивную жизнь и, как могут, выживают в новых условиях.

Старообрядческие общины есть практически во всех сёлах, где в прошлых столетиях жили предки современных староверов. Некоторые из них до сих пор не зарегистрированы. Сегодня в Восточном Казахстане наиболее жизнеспособными оказались два направления - белокриницкое (ныне Русская Православная Старообрядческая Церковь) и поморское.

Как в России, так и в Казахстане, в Русской Православной Старообрядческой Церкви (далее — РПСЦ) протекает наиболее активная жизнь. Приходы РПСЦ в Казахстане находятся в ведении Сибирской епископии, возглавляемой епископом Новосибирским и всея Сибири Силуяном. В октябре 1993 г. владыка впервые посетил г.Усть-Каменогорск, спустя 60 лет после ареста в начале 1930-х годов последнего Семипалатинского епископа старообрядцев (3).

Основные тяготы духовного окормления всех приходов на огромной территории Казахстана и Средней Азии легли на плечи священника о. Глеба (Казаченко), который вот уже 15 лет выполняет свой пастырский долг, живя в Усть-Каменогорске. В его ведении находится 14 общин.

Покровская старообрядческая община в Усть-Каменогорске была зарегистрирована в 1983 г. Община существовала и до 1983 г., и ютилась в частном доме, действуя фактически нелегально. Тогда постоянного священника у общины не было, приход был приписан к Алма-Ате, откуда и приезжал в Усть-Каменогорск вплоть До 1989 г. о. Антоний (Зайцев). В 1987 г. в Усть-Каменогорск в качестве уставщика пригласили Казаченко Глеба Валентиновича с семьёй, служившего тогда помощником священника в Новосибирске. Общине нужен был  постоянный уставщик, который мог бы возглавлять богослужения в отсутствие священника. Переехав на постоянное место жительства в Усть-Каменогорск, Глеб Валентинович в тот же год вместе с прихожанами провёл реконструкцию частного дома, придав ему внутри вид храма: сделали сводами потолки, установили  алтарь, иконостас.

В 1989 г. о. Антоний посоветовал молодому уставщику, которому тогда исполнилось 30 лет, начать подготовку к принятию  священнического сана. И в конце января 1990 г. в Москве после согласования с владыкой Алимпием вопроса о рукоположении, о. Глеб был рукоположен сначала в дьяконы, а на другой день - в священники. После недели беспрерывного служения в храме, с благословения владыки Алимпия о. Глеб был направлен в Усть-Каменогорск на постоянное место служения.

Одной из основных проблем Старообрядческой Церкви в регионе является нехватка священнослужителей. 10 приходов на территории Восточного Казахстана и 2 за пределами области — в Алма-Ате и в Джамбуле — обслуживает один священник, о. Глеб. Алма-атинский священник о. Антоний (Зайцев) находится за штатом в связи с тем, что он уже преклонных лет и не может сам проводить богослужение.  Поэтому о. Глеба благословили обслуживать Алма-Ату и близлежащие приходы Бишкека, Джамбула, Ташкента.

Таким образом, два прихода находятся в Средней Азии. Алма-атинский приход вызывает озабоченность епископии: без руководителя скоро будет сложно сохранить общину. Люди, видя, что нет постоянного наставника,  разъезжаются. В Алма-Ате на сегодня активных прихожан около  30 человек. Приходят и молодые люди, которые бы желали ходить  в церковь, но, видя там полуграмотную женщину, проводящую богослужение, долго не задерживаются.

Епископия и о. Глеб сейчас готовят для Алма-атинского прихода отца дьякона Вячеслава, и перед Великим постом 2002 г. владыка Силуян планирует его туда  послать. Тем более что в Алма-Ате есть свой «резерв» — новообрядцы, потомки староверов, которые часто приходят в церковь.

В Киргизии из общины Бишкека недавно уехало около десяти наиболее твёрдых, крепких в вере семей. Но взамен уехавшим пришли другие. В 2001 г. к бишкекской общине присоединись около 15 человек часовенных. Их решению способствовали беседы с председателем церковного совета Клавдией о том, что часовенные близки к старообрядцам-поповцам, а также знакомство с энциклопедическим словарём «Старообрядчество», который уделил внимание наиболее известным деятелям часовенного согласия. Утверждение о. Глеба о том, что можно будет поминать их дедов, тоже повлияло.

В общине Джамбула 50—70 прихожан, но это ещё не предел, так как в городе много часовенных, которые в перспективе могут присоединиться. Пока они ещё наблюдают и присматриваются. В усть-каменогорской общине на исповеди в Великий пост бывает до 200 человек, к которым можно отнести всех: и активных, и реже бывающих. Остро стоит проблема размещения: стеснённость, тепло от множества свечей, духота вызывают дискомфорт у молящихся.

В 1994 г. прихожане обратились к администрации города с просьбой о выделении большего помещения. Администрация с пониманием отнеслась к проблеме верующих и предложила подыскать какое-нибудь здание из фондов отдела Госкомимущества. Было найдено старинное здание, памятник архитектуры города. До революции оно принадлежало Церкви, какой - установить не удалось. До 1994 г. в нём находилась типография газеты «Алтайский строитель». В 1995 г. община подготовила все бумаги, подписала договор с Госкомимуществом о передаче. Однако пока шло оформление документов (глава городской администрации их уже подписал), типография «Рудный Алтай» оформила задним числом свои документы на это же здание и, поставив старообрядцев перед фактом, объявила себя его владельцем.

О. Глеб передал бумаги депутату областного Совета Н.Б.Иванову, который тогда пообещал расследовать это дело. Но так до сих пор оно не сдвинулось с места и, видимо, кануло в Лету. Повторных попыток выяснить сложившуюся ситуацию община больше не предпринимала.

В 1996 г. к о. Глебу пришёл Панчук Михаил Романович, прихожанин поморской церкви. Он предложил построить новый храм и принёс свои проекты, эскизы. Будучи молодым и энергичным, он был не удовлетворен пассивностью поморских. Получив согласие, М.Р.Панчук оформил все разрешительные бумаги на участок, на все организационные работы и начал работу по проекту. Был выдел гектар земли. Архитектор С.Н.Богушевич сделал эскизы, макет храма с колокольней. Его планировалось построить на предмостовой площадке у Иртыша, расположив так, чтобы храм был открыт моста. Цель такого положения — чтобы верующий не бросался с головой по своим делам, а зашёл бы в храм поблагодарить Бога за благополучно совершённую поездку или получить благословение.

Уже в СМИ области и Казахстана прошла информация о строительстве Но, к сожалению, опять это осталось в мечтах. У М.Р.Панчука начались неприятности в его фирме, и он не смог дальше финансировать проект. Со стороны старообрядческой общины сейчас требуется только одно — чтобы на этот участок не поставили автозаправку или ещё какой-нибудь коммерческий объект, необходимо заплатить 25 тысяч долларов за землю. Вопрос - где их взять - риторический. И сколько бы старообрядцы ни обращались к властям города с просьбой снизить ставку или предоставить льготы, всё оказывается тщетным.

Аким города (мэр) В.Н.Сухорукова первоначально активно взялась помогать им, но потом по неизвестным причинам её отношение резко изменилось. Ещё недавно старообрядцы свободно заходили к акиму в любое время, сейчас же к ней вообще нельзя попасть. И везде прихожане встречают суровые лица и один ответ -нет. О. Глеб связывает это с действиями новообрядцев.

Есть в планах о. Глеба поставить отдельно, от храма в стороне, часовню в память о жертвах ядерных испытаний на Семипалатинском полигоне.

Тем не менее, Усть-каменогорская община проводит работы по созданию храмов в области. На средства В.С.Леонтьева недавно построен храм в с.Бобровка. В.С.Леонтьев родился в этом селе и в память о своих родителях, дедах и прадедах решил восстановить храм, который сожгли после революции. Аким села Н.А.Семёнов пошёл навстречу такому желанию, и теперь стоит в центре села новый храм с колокольней, недалеко от места старого. В декабре 2001 г. владыка Силуян ознакомился с храмом и остался очень доволен. За основу выбрали один из северных храмовых проектов Архангельской области: крыша деревянная, и купола не железом обиты, а лемехами — осиновыми дощечками.

Ещё один храм недавно возведён попечением жителей с.Коробиха на Бухтарме. Решив, что без храма им нельзя, благословились и построили. Коробиха - село старинное, одно из самых первых поселений бухтарминских старообрядцев XVIII в.  Коробинский приход — боль и печаль о. Глеба: очень далеко и в стороне от дорог  находится он. Это около 400—500 км от Усть-Каменогорска,  надо ехать 12 часов и большую часть по просёлочной дороге.

В с.Быструха положение иное: уже 15 лет верующие не могут объединиться для решения столь насущной проблемы, как строительство своего храма. Там более 200 человек прихожан РПСЦ. В августе 2001 г. проходил сход села и на повестке вторым вопросом стояло строительство храма. Сельчане хотя и отнеслись с пониманием к вопросу, но дальше слов дело пока не пошло. Также и у Лениногорской общины (около 120 человек) до сих пор нет места для молитвы, собираются в частных домах. Сейчас в общине идёт сбор средств.

Особые надежды возлагает о. Глеб на молодёжь. Именно ставка на молодёжь всегда была залогом успеха любого большого дела. Воспитание молодёжи эволюционно значимо, и это прекрасно осознаёт и о. Глеб: «Если есть в общине молодые люди, то думаю, добиться можно многого. Молодёжь-то у нас понимает, что именно возрождение - это не то, что там новое что-то, как, например, в протестантских общинах сейчас молодёжь приходит, перекладывают слова молитв на музыку шлягеров и устраивают танцы. Нет, конечно. Но вот парадокс: старики вот порой бывают такие, особенно которые были оторваны от традиции, и им не привилось что-то, в период советского времени у них что-то сгладилось, что-то забылось. И вот теперь приходят и недовольства возникают: богослужение длительное (в 2 часа начинаем и около 7—8 кончается), служба — это 5—6 часов, для них это утомительно. Спрашивают: можно ли её сократить, предлагают: давайте всей общиной напишем письмо митрополиту Алимпию с просьбой о сокращении. И вот приходится нашей молодёжи отстаивать: "Ну, как же так..." Поэтому много значит понимание не поверхностное, а глубокое понимание, и молодёжь у нас вникает во всё. У крепких стариков как оно: понимают — не понимают - надо и всё, главное, вера есть. Да им уже и поздно глубоко вникать, поэтому - что Бог дал, то и ладно. Особенно характерно для неграмотных людей. А у нас парни, девушки такие любознательные, и не только историю Церкви, но и историю Церкви старообрядческой изучают. Молодой человек где находит жемчужины - то это и принимает».

«Теперь мы свободно можем жить по законам нашей веры, в дать старые и строить новые храмы, привлекая в них молодых людей -залог будущего старообрядчества», — сказано в Старообрядчески Церковном календаре (3).

Но, конечно, для всех верующих старообрядцев главным в жизни остаётся молитва. «Это основа всего. Это тот фундамент на котором мы строим всё наше здание, с тем, чтобы Господь дал силы, вразумил власть имущих, чтоб оказать помощь»,  - говорит о. Глеб.

Численность прихожан общины в Усть-Каменогорске и в других общинах за последние 10—15 лет выросла в 2—3 раза. На это имеются свои причины. После долгих лет запретов люди теперь свободно могут исповедовать свою веру. Некоторые приходят на основании того, что они потомственные старообрядцы. Видимо какая-то генетическая память или зов влечёт непреодолимой силой потомков тех, в чьём роду были многие поколения истово верующих старообрядцев. По замечанию о. Глеба, много именно таких людей.

Интересно, что к старообрядцам приходят учителя, причём и пенсионного возраста, и молодого. На вопрос - что привлекает учителей - о. Глеб ответил: «Неспешность, тишина, здесь, говорят, не надо напрягаться как-то. Бывает, рассказывают, куда-то придёшь, в церковь какую-нибудь, неуютно чувствуешь себя - а здесь... Вот Галина Терентьевна говорит: "Я сюда захожу - как домой пришла. Вот бываешь когда в гостях - это одно, а здесь вот я раскована, как домой пришла. Какое-то вот совсем иное здесь состояние - духовность, она ощутима бывает. Пусть даже как-то неказисто здесь, иконы немножко побиты, реставрации требуют, но, тем не менее, это всё излучает какую-то теплоту через иконы».

Приходят и переходят к старообрядцам много новообрядцев. И хотя с ними требуется определённая просветительская и духовная работа со стороны священника, тем не менее, их принимают и помогают. Приходят и неопределившиеся, те, кто духовно ищет. Их тоже принимают, знакомятся, разрешают на богослужении присутствовать, не возбраняют. В этом отношении община не жёсткая, в отличие, например, от поморцев-беспоповцев, у которых молиться вместе с ними нельзя.

О. Глеб понимает, что от отношения к вновь приходящим зависит многое в общине: «Хотя и такое было здесь до нашего переезда. К примеру, если человек неправильно перекрестился, то здесь же сразу две-три бабушки такого в оборот взяли, да так, что человек выходит отсюда потрясённый: как это, куда я попал... Или в шапке кто пришёл... Если первый раз человек пришёл, конечно, надо соответственно к нему и подойти. В следующий раз он, видя, как тут его приняли, может и не прийти. Сейчас это негативное отношение в значительной степени ушло. Всё-таки удалось нам, молодёжи, сознание у людей как-то изменить. Стараемся традиции, которые утеряны, вернуть, чтобы на богослужении женщины обязательно в сарафанах стояли, платочки - это само собой разумеется. Мужчины в кафтане, если нет, то хотя бы рубашку под поясок. Это тоже у нас так принято. Если пришёл кто-то и не знает, то подскажут: одень поясок или ещё что».

Однако есть и такие, кто из общины уходит. И хотя это единицы, но всё же бывает и такое. Одна прихожанка, чьи отцы и деды были в нескольких поколениях старообрядцами, ушла к виссарионовцам, просмотрев цикл видеокассет об общине Виссариона.

В 1998 г. в ночь с 26 на 27 сентября накануне праздника Воздвижения Честного и Животворящего Креста произошло трагическое событие в жизни Усть-каменогорской старообрядческой общины - из храма были похищены 54 иконы. Прихожане надеются на то, что иконы найдутся, о чём постоянно возносят молитвы, и верят, что похищенное будет обретено общиной. Украдены были самые лучшие, наиболее ценные старинные иконы. До сих пор это остаётся незаживающей раной для прихожан. К сожалению, власти иконы так и не нашли.

С множеством проблем во взаимоотношениях с властными структурами сталкивается РПСЦ в Казахстане и в Средней Азии. В Усть-Каменогорске старообрядцев иногда приглашают на беседы в бывший так называемый 6-й отдел по борьбе с терроризмом, который теперь переименовали в отдел по борьбе с религиозным экстремизмом. Старообрядцев там в какой-то степени видят или хотят видеть в качестве экстремистов.

В Джамбуле старообрядцы столкнулись с большим неприятием, когда попытались восстановить историческую справедливость По поводу конфискованных властями у старообрядческой общины в 1950-х годах (когда гонение церкви было со стороны Н.С.Хрущёва) икон, книг, предметов церковной утвари, а также здания.

Тогда, в момент Пасхальной службы, когда пелись молитвенные песнопения,  милиция окружила церковь. Всех прихожан, выводя по одному, допрашивали и записывали данные, все иконы сняли, облачения, все книги отобрали. Составили протокол. Всё увезли сначал в милицию, а потом передали в музей. Здание, использовавшееся под молельный дом, как незаконно построенное, тоже отобрали и отдали под жильё в городской фонд.

И вот теперь ни одного документа об изъятии найти невозможно: или всё утеряно, или спрятано. Когда старообрядцы пришли в музей и в администрацию, то надеялись на помощь властей, но вместо этого натолкнулись на стену жёсткого непонимания. В музее вообще с ними говорить не захотели. Не подействовало и официальное письмо-просьба от митрополита Алимпия, обращенная к работникам музея и к властям, о содействии. Везде получали в ответ категоричное: «Ничего не знаем, и к нам больше с такими вопросами не обращайтесь». Такая ситуация сложилась в Джамбуле и, видимо, она уже не изменится.

Всего в 20 км от Джамбула находится Киргизия. В Бишкеке старообрядцам разрешили провести реконструкцию внутри имеющегося храма. Власти встречаются с прихожанами, спрашивают, какие проблемы у общины, предлагают вместе их решить.

Приходится сталкиваться в Среднеазиатских республиках и с унизительными досмотрами, которые начинаются с момента посадки на поезд, следующий в Алма-Ату. Служителей порядка не останавливает тот факт, что перед ними священнослужитель, скрупулёзно проверяют документы, требуют показать весь багаж, который с особой тщательностью просматривают. В Алма-Ате при выходе из поезда снова проверяют, потом — на вокзале. Те же процедуры на таможне между Алма-Атинской и Джамбульской областями, и обеими таможнями на границе Казахстана и Киргизии. То же самое - в Узбекистане, там только здание таможни занимает 1,5 кв. км площади, в котором 3 раза паспорт и багаж проверят. И везде унизительные осмотры с выворачиванием карманов. Не избежал таких процедур даже владыка Силуян, однажды посетивший эти Среднеазиатские республики. Стражи порядка могут и денежные суммы изъять, однажды изъяли все деньги у сопровождающего о. Глеба верующего.

Всё это вызывает у людей в душе только обиду и непонимание. К сожалению, рьяные исполнители буквы закона переходят элементарные рамки этики человеческих отношений. Лишь Усть-Каменогорске есть понимание и  уважение к священнослужителям со стороны стражей порядка.

В связи с принятыми декларациями о независимости в бывших советских республик, возникла и проблема вывоза церковных принадлежностей и предметов культа и веры. Так, из Ташкента, где осталось много ценностей, икон, книг, уже ничего невозможно вывезти.

Отношения с другими конфессиями Покровская община фактически не поддерживает. С поморской общиной (в Усть-Каменогорске зарегистрированы 2 старообрядческие общины: поморская и община РПСЦ) поначалу складывались неплохие отношения. Покровская община предложила свою безвозмездную помощь. Когда после долгих мытарств в начале 1990-х годов поморцам вернули отобранный в 1950-е годы молельный дом, то обе общины вместе наметили план работ по приведению дома в надлежащий его особому назначению вид; искали стройматериалы, привозили. Предлагали и физическую помощь.  Но поморцы, особенно старики, категорически отказались от всякой помощи после того, как им пришло письмо из Московского Поморского центра на Преображенке о том, чтобы ни в коем случае от австрийцев ничего не принимать и не вступать с ними ни в какие контакты. После этого о. Глеба и других на порог не стали пускатьь, и не только в дом, но и в ограду.

Но в других местах (кроме Усть-Каменогорска), где есть поморцы, последние покупают календари (им высылают 1 календарь на общину), утварь, литературу у старообрядцев РПСЦ.

Бывают контакты и с РПЦ. Священник о. Анфилофий неоднократно предлагал старообрядцам совместное молитвенное, литургическое общение. Старообрядцы, конечно, принять такие предложения не могут. Как выяснилось, такое желание о. Анфилофия проявляется, скорее всего, от того, что сам он из староверов.

Остальные священники не проявляют никакого желания общения со старообрядцами. Таким ообразом, характер общения между двумя ветвями православия здесь больше хозяйственный, например, по вопросам приобретения стройматериалов. Иногда старообрядцы приобретают у новообрядцев литературу - переиздания трудов Отцов Церкви или богословские труды, написанные до X в.

С остальными христианскими конфессиями: католиками (совсем недавно появились в Восточном Казахстане), с протестантами (с баптистами, пятидесятниками, адвентистами 7-го дня, евангелистами) - общения не бывает. Также и с исламом, за исключением встреч в администрации, когда власти вызывают представителей всех религиозных конфессий по каким-либо вопросам.

Жизнь Русской Православной Старообрядческой Церкви в Казахстане и Средней Азии, несмотря на все переживаемые трудности, всё же набирает силу, достойно сохраняя преемственность религиозных и культурных традиций.

ПРИМЕЧАНИЯ

1.         Липинская В.А. Конфессиональные группы православного населения Западной Сибири (вторая половина ХГХ~начало XX вв.) // Этнографическое обозрение. М.,1995. №2. С.115—127.

2.         Через шесть десятилетий // Рудный Алтай. 1992. 12 октября. С.2.

3.         Церковный календарь на 2002.  Издание Митрополии Московской и всея Руси РПСЦ. 2002. С. 115.

*Автор искренне благодарит священника о. Глеба за предоставленную информацию,  которая была использована в данной статье.

Романова Н.И. — канд. культурологии, Кемеровская академия культуры и искусства

Опубликовано в сборнике Старообрядчество: история, культура, современность - М: 2002

Послесловие автора сайта: 

Эта статья была опубликована четыре года назад. Вероятно, с тех пор в жизни общин РПСЦ в Казахстане и Средней Азии произошли изменения. Будем очень благодарны, если кто-то из наших посетителей сможет предоставить нам материалы о сегодняшнем положении общин РПСЦ, а также староверов других согласий в этих республиках

Категория: Казахстан | Добавил: samstar-biblio (2007-Ноя-20)
Просмотров: 2383

Форма входа

Поиск

Старообрядческие согласия

Статистика

Copyright MyCorp © 2017Бесплатный хостинг uCoz